Читаем Манагер онлайн бесплатно
Задыхаясь, с трудом переводя дух, я обломил наконечник стрелы, торчавшей у меня из спины, и вырвал из себя эту пакость. Ту же процедуру проделал с остальными стрелами, а потом присел передохнуть на один из небольших табуретов красного дерева. Надо было дать хотя бы минут десять времени своему телу, чтобы максиамльно возможно залечить тяжелые раны. Семя Семенем, но и оно не может мгновенно вылечить повреждения организма, а мне предстояло ещё довершить начатое и выйти из дома, помня, что во дворе меня ждут несколько десятков вооружённых бойцов дожидаются команды своих главарей.
Сидел минут десять, чувствуя, как моё самочувствие улучшается и дыхание нормализуется, потом поднялся и пошёл к входной двери, за которой слышались голоса. (
Кто-то высоким голосом, срываясь, кричал:
— Я тебе говорю — там шум был! Может что-то случилось, надо посмотреть!
Выйдя на крыльцо и начав спускаться по ступеням, я увидел, как у входа спорят несколько человек, последние слова одного из них я как раз и услышал.
Увидев меня, залитого кровью с ног до головы, с мечом в руке, боевики на драгоценные несколько мгновений замерли, что и позволило мне приблизиться к ним на вытянутую руку.
Эти люди полегли быстро, так, как трава падает под ударами косы. Остальные бойцы вскочили с камней двора, где они сидели на корточках и подложив под себя чурбачки и доски, и с криками бросились на меня, вытащив из ножен мечи и раскрутив в воздухе кистени и дубины самых причудливых форм и видов.
Мне пришлось довольно туго — первые ряды полегли быстро, но они задавливали меня массой, и пришлось побегать по двору.
Слава богам — входные ворота были крепко заперты, да никто из нападавших и не подумал, что надо спасаться. А когда подумал — было уже поздно. Через десять минут уже не они гонялись за мной по двору, а я за бегал за ними, добивая оставшихся в живых и следя, чтобы не скрылся ни один негодяй.
Мне повезло, что наружные охранники покинули свой пост, сопровождая меня к Амунгу, и охрана оставалась только внутри, в периметре территории.
Закончив это благое дело, проверил, заперты ли ворота, обошёл всех бандитов, добивая тех, кто ещё подавал признаки жизни (вдруг ударят в спину — негоже оставлять за спиной живых врагов) и ушёл в дом — надо было посидеть хотя бы полчаса, восстановиться после последнего боя.
Прошёл в гостиную, сел на стул и стал дожидаться улучшения самочувствия — меня потрясывало, а когда я неосторожно, чтобы проверить, снова вернул чувство боли — на меня навалилась такая дикая волна болезненных ощущений, что в голове потемнело и я чуть не потерял сознание от болевого шока.
Снова отключив боль, перевёл дух — стоило воздержаться от таких экспериментов — как оказалось, меня крепко побили и порезали. Осмотрел себя — ткань рубахи во многих местах была пробита и прорезана так, что висела лохмотьями, штаны располосованы сверху донизу и в дырах виднелись затягивающиеся длинные порезы. Какой бы ты ни был великий воин, если на тебя наваливаются несколько десятков бойцов — никак нельзя уберечься от ран. Если, конечно, ты полностью не закован в кевларовую броню, но и тогда будут повреждения — синяки и ушибы, а то и переломы костей. Ну что такое кевлар? Просто ткань, которую можно даже проколоть ножом.
Меня лихорадило, сердце учащённо билось, прогоняя кровь по жилам, организм, как самовосстанавливающаяся машина, обследовал все уголки плоти и быстро заделывал повреждения, отбрасывая разбитые клетки.
Меня потянуло помочиться — еле успел встать и выйти на крыльцо — струя была красной, сходу определил — почки пробили. Сделав дело, вернулся назад и страшно, просто до боли захотел есть — верный признак, что отторглось много мёртвой, повреждённой плоти — организм требовал «кирпичиков» для восстановления самого себя.
Встав с табуретки, отправился на поиски пропитания. Идти было трудно и противно — пол выглядел так, как будто люди попали под удар лопастей грузового вертолёта — наступать в это месиво было противно, можно было даже поскользнуться и упасть, но…инстинкт гнал меня за пропитанием, и я пошел дальше.
Пройдя через комнату, вошёл на кухню, где по запаху нашёл что-то съестное — остатки жареного на вертелах мяса и с жадностью стал отрывать от большого куска куски поменьше, помогая себе мечом и запихивая их в рот, давясь от жадности и захлебываясь слюной.
Так продолжалось минут двадцать — я набил желудок, и запил всё поллитрой жидкости из найденного тут же кувшина с соком.
Захватив кувшин, вернулся в гостиную, и…услышал наверху, на втором этаже дома, чьи-то жалобные крики и плач. Поставив кувшин на столик, оглянулся по сторонам, содрал с пуховой подушки наволочку, проделал в ней дыры для глаз и рта, надел на голову (чтобы если живы слуги — не убивать их, и чтобы они не могли узнать меня если попросят) и пошёл наверх.
