Читаем Lenimentus онлайн бесплатно
– Говорю, ты почти что освоился, – сказал Глау на языке Альянса. – Ещё бы к еде привык.
При упоминании еды живот Кирилла свело спазмом.
– Не начинайте… – застонал Кирилл.
Он привык к дребезжащим и пылящим электромобилям, привык к рынкам и лавкам; смирился с насмешливыми и презрительными взглядами местных и необходимостью прятаться от солнца и отбиваться от комаров и тараканов, обнаруживающихся в самых неожиданных местах; даже к неуместным сравнениям с неким Прайсом из Альянса он привык. Единственное, к чему ему никак не удавалось приспособиться – это пища. Натуральная еда была неимоверно жирной, пряной и тяжёлой – его постоянно либо тошнило, либо тянуло в уборную. Если бы не ферментные препараты, выписанные Глау, он бы уже откинулся.
Сдав смену Лауре в регистратуре, Кирилл отправился в раздевалку. Переодевшись в свой единственный комплект одежды, он покинул больницу. Стоял тёплый безветренный день. Улицы были наполнены людьми, пылью и колёсным транспортом. Где-то вдалеке лай собаки смешивался с детскими криками. Приближалось время обеда, и Отверженные стягивались в уличные кафе и бары. Еда Кирилла не интересовала, а алкоголь в барах был слишком дорогим, хотя, по его личным наблюдениям, выпившие Отверженные были крайне разговорчивы – даже с чужаком.
Кирилл выудил из кармана медные монетки, игриво заблестевшие на солнце, и принялся их пересчитывать.
– Эй! – кто-то толкнул его в плечо. – Я заждался тебя!
Монеты рассыпались по ступеням больницы.
– Урвиль, – закатил глаза Кирилл. – Тебе нужно завести себе кого-нибудь.
Урвиль – кучерявый парень, с которым Кирилл за последние дни пропустил не один стакан летнего пива в баре «Небеса», предлагал сходить сегодня вечером на концерт местной музыкальной группы «Прайсы». С одной стороны, хоть кто-то из Отверженных был не прочь провести с ним время не за выяснением того, какого чёрта он забыл в Новерии и как следует с ним поступить, а с другой – повышенное внимание начинало надоедать. Кириллу нужны были знакомства с людьми куда более значительными, чем девочка-подросток и одинокий неудачник.
Кирилл принялся собирать с земли свои единственные деньги.
– В смысле? – не понял Урвиль.
– Девушку. Чтобы по концертам с тобой ходила, да по барам.
– Ты что? Я по делу.
– Сегодня пиво пить не буду, – твёрдо сказал Кирилл.
«По крайней мере с тобой» – мысленно добавил он. Впрочем, совсем не пить было даже лучше. Во Фраге Кирилл пил только лёгкие коктейли и только по весомым поводам. Местное пойло быть столь же отвратительным, сколь крепким, и особенно это чувствовалось по утрам.
– Я тоже. Мне таблетки нужны.
– Какие ещё таблетки?
– Успокоительные.
– А я что, аптека? – пожал плечами Кирилл. – Я хирург, а не терапевт. И то не практикующий. Таблетки в другом месте.
– Ты можешь принести их для меня, – не отступал Урвиль. – Мне нужно совсем немного какого-нибудь морфиля.
Кирилл собрал все монетки, что смог найти, и пересчитал их. Нескольких не хватало. Теперь ему точно было не до выпивки.
– Морфий в качестве успокоительного, ты серьёзно? – Кирилл убрал монеты в карман и повернулся к Урвилю.
– Хоть так.
Урвиль выглядел до того расстроенным, что Кириллу стало его жаль. Кто бы мог подумать, что отбитые Отверженные могут до такой степени раскисать.
– Зачем тебе?
– Моя сестра не в порядке. Мне кажется, она не может себя контролировать.
– И ты решил накормить её морфием? – Кирилл заметил ещё одну монету под ногами Урвиля, и, толкнув приятеля в сторону, подобрал её.
– Она делает странные вещи. Утром ворвалась ко мне в комнату, вся нервная, переворошила мои вещи. Сказала, что искала пистолет Глории. Но у меня никогда не было ни Глории, ни её пистолета. Нам вообще не позволено хранить оружие! А в другой день удивлялась, почему это мы не во Фраге. Говорила, что мы пару дней назад выбили оттуда язычников. С такой уверенностью… а как поняла, что этого не было, начала сердиться и чуть не разнесла весь наш дом. Пришлось убеждать дружинника, что мы просто поругались.
– Так отвёл бы её к врачу.
– К какому?
Кирилл задумался. Он ещё ни разу не слышал о психиатрическом отделении, но был уверен, что оно здесь существует.
– Психиатру?
Урвиль округлил глаза.
– Уж лучше я сам её закопаю…
– О чём ты?
Урвиль раздосадовано пнул ногой урну. Ему повезло – урна не опрокинулась. Кирилл однажды видел, как дружинники перевернули контейнер для мусора и заставили провинившегося вручную собирать содержимое.
– В общем, я домой.
Кирилл посмотрел по сторонам и решил, что пойдёт через парк, который заприметил ещё несколько дней назад. Он старался постепенно изучать Новерию, хотя и побаивался ходить по улицам один.
Урвиль, как Кирилл и рассчитывал, увязался за ним.
– Ты совсем ничего не можешь достать? Какие-нибудь успокоительные таблетки хотя бы? Я могу заплатить. Не сейчас, но попозже. Нам на оружейном пока не платят…
– Слушай, – Кирилл обернулся к нему. – Как я понял, то, что ты просишь, сильно выходит за рамки дозволенного. А я уже весь целиком вне этих рамок. Понимаешь?
– Именно поэтому я и прошу тебя! – горячо заговорил Урвиль. – Тебе-то ничего не стоит…
