Читаем Lenimentus онлайн бесплатно
Всю первую половину рабочего дня Кирилл метался между палатами и уборной. Он тысячу раз пожалел, что поддался уговорам Урвиля и попробовал популярный у местных коктейль «Ярость Служительницы». Частые ночные посещения туалетной комнаты его обиталища выявили в Кирилле страх темноты, тараканов и особенно микробов, а также отбили всякое желание не только есть местную еду и пить что-либо кроме воды, но и в принципе жить – по крайней мере в Новерии, ведь в Альянсе он в любой момент мог получить порцию детокса прямиком из медицинского модуля голографа.
Кое-как добравшись до работы, он воззвал к врачебной чести Глау, и тот выписал ему из больничной аптеки лоперамид. Куда хуже обстояли дела с водой. Кирилл старался не пить не кипячённую воду, а в больнице кипятились разве что медицинские иглы – и то не слишком усердно.
В утренние обязанности Кирилла входило мытьё полов и раздача таблеток: Глау передавал ему стеклянные баночки с цветными капсулами без маркировки и называл номера коек. Отверженные – по крайней мере те, что могли видеть – смотрели на Кирилла с презрением, но таблетки принимали. Отпускаемые ими комментарии и смешки Кирилл всё равно не понимал и значения им не придавал.
Куда более интересными ему показались стеклянные предметы, вернее их количество: стеклянные вставки в дверях, стеклянные подносы, стеклянная посуда. Пару дней назад лежачий пациент разбил стакан во время приёма лекарств. Кирилл сообщил об этом Глау, ожидая выговора, но тот лишь недоумённо посмотрел на него и потребовал убрать осколки и принести для больного новый. Кирилл никогда не причислял себя к эко-энтузиастам, но такая расточительность вызывала возмущение даже у него.
Разделавшись с утренними заданиями, Кирилл принял горсть таблеток, запил водой из стеклянного кувшина в ординаторской и направился к заведующему отделением, Роберту Майлзу. Новерская больница подразделялась на два отделения – хирургическое и общее. Заведующего хирургическим Кирилл до сих пор ни разу не встречал, как не видел и самого отделения – вход в него осуществлялся по пропускам, и даже переводимые туда пациенты имели свои сопроводительные пропускные карточки. Возможно, с дисциплинированностью, стерильностью и подходом к пациентам дела там обстояли лучше, хотя Кирилл и сомневался, что в этом был смысл – даже если бы хирургия работала идеально, общее отделение сводило это на нет. Именно поэтому, несмотря на то, что доктор Майлз решился взять Кирилла на работу, относиться к нему без презрения он не мог. Впрочем, лучшей медицины для Новерии Кирилл и не хотел: «Отверженные» по-прежнему оставались врагами Альянса.
Кабинет Майлза соседствовал с комнатой охраны – они делили узкий коридорчик, в котором развернуться могли разве что очень худые люди. Сам Кирилл уже потерял восемь килограмм от того числа, которое видел во время своего последнего взвешивания во Фраге, и стремительно шёл к дефициту массы тела.
По привычке он остановился у закрытой двери в ожидании, но одёрнул себя и дважды постучал костяшками пальцев по шершавой поверхности.
– Да-да.
Кирилл помнил, с каким трепетом заходил в кабинет главного врача военного госпиталя Фрага, Феликса Ларса. Беседы с ним были не только томительны выговорами и поощрениями, но и полны почти философских рассуждений об эффективности современной медицины и несовершенстве терапии, которую, при всей избыточности приёмов, она могла предложить. Но беседы допускались, лишь пока в больнице не появлялись десятки тяжело раненых после крупной стычки с «Отверженными» – в такие дни старший хирург был строг и пресекал любые разговоры, не имеющие отношения к делу. При Феликсе полевой госпиталь Фрага функционировал настолько хорошо, насколько можно было представить. И обратное этому трепету чувство испытывал Кирилл сейчас, рывком отталкивая скрипящую дверь в кабинет заведующего. Он ощущал своё превосходство над всей этой больницей и в то же время чувствовал себя чудовищно одиноким в своём профессиональном несчастье. Никто во всей Новерии не мог его понять, и некому было пожаловаться на то, как ужасно здесь всё устроено, насколько некомпетентны врачи и бесполезны их схемы лечения…
– О, вот и наша звезда, – пробасил Билл с облезлого кожаного дивана. Из-за простой безрукавки без вышивки Кирилл не сразу узнал в нём шерифа Новерии и Первого Хранителя культа Джессики.
– Я не Прайс, – недовольно буркнул ему Кирилл.
Закрывающаяся дверь втолкнула его в кабинет.
– Присаживайся, – Майлз оторвался от бумажных карточек ровно на одно слово. – Я ожидал тебя пораньше, но, может, оно и к лучшему.
Кирилл уселся на кособокий деревянный стул с обратной стороны стола.
– А ты хорошо устроился, – хмыкнул Билл.
Кирилл повернулся к нему.
– Это обвинение?
– Может, и так, – усмехнулся Билл. – Майлз говорит, справляешься ты отлично.
– Именно так, – поддакнул заведующий. – Именно так. Доктор Глау всячески нахваливает твой энтузиазм.
