Читаем Lenimentus онлайн бесплатно
Дженни удивлённо посмотрела на него. Глава экспериментальных войск был единственным человеком во всей части, с которым у неё получалось и, как она была вынуждена признать, ей хотелось разговаривать. Конечно, подполковник Бренан хвалил и поддерживал её, но Дженни видела, что ему важна только «психо»-сила, в то время как Ник Маук всегда обращался к ней, к Дженни. По какой-то причине – из-за долга перед Генри Райсом или потому, что жалел её, – он хотел помочь, и она была только рада этому.
– Простите, сэр…
– Кстати говоря, – мистер Маук был на несколько голов выше Дженни, и она чувствовала себя маленькой каждый раз, когда он наклонял голову к ней. – Твой брат заступил на службу в 355-м Убежище. Расследование по нему завершено.
– Был ли он предателем? – тихо спросила Дженни.
– Ответ может дать только сам Жиль, – ответил командующий. – Официально он оправдан.
– Я смогу увидеться с ним?
– Посоветовал бы этого не делать. Ни ты, ни Клод не были оправданы.
– Клод? – Дженни пыталась вспомнить, где слышала эту фамилию. – Саймон Клод? Жиль как-то раз приезжал с ним в Орион. И он, кажется…
– Пресс-секретарь Армии, – закончил за неё командующий. – Он не меньше тебя хотел помочь Жилю, и, в отличие от тебя, его судили по-настоящему. По крайней мере своё положение он сохранил – смена публичного лица в текущих обстоятельствах затруднительна и способна подорвать доверие населения к Армии.
Лазерное ограждение завернуло вбок, но мистер Маук продолжил идти по дорожке вперёд. Дженни заметила в отдалении крытую конструкцию – остановку, – под прозрачной крышей которой весело переговаривалась группа молодых людей в гражданском – должно быть, служащие в увольнении. Ещё на прошлой неделе она бы рассердилась: как можно чувствовать себя счастливым, когда роботы захватили целый город, служивший символом освобождения человечества? Как вообще можно продолжать жить, зная, что тысячи жителей Ориона мертвы? Теперь же она понимала, что этих людей ждут семьи, их ждёт целая жизнь впереди – то, чего уже никогда не будет у неё.
– О населении приходится думать в первую очередь, – говорил тем временем командующий. – В том числе и об упрямых и недобросовестных его представителях. Мы обязаны верить в людей и принимать их вместе со всем присущим им несовершенством. Так учила нас Кассандра. Иначе какой смысл стараться? Улучшать жизнь тем, кого презираешь, станет только законченный психопат.
– Кассандра Маук? – Дженни хорошо помнила статью о женщине-учёном, первой отодвинувшей порог этики в отношении генетических экспериментов.
– Наша мать.
Он произнёс это с такой теплотой, будто Кассандра в самом деле была его матерью, а не учёной, создавшей его по заказу Армии Совета.
– Она учила нас верить в людей, – повторил мистер Маук. – В действительности, она надеялась, что мы станем своего рода катализатором и постепенно, преумножая генетический фонд, выведем человеческий род на новый уровень. Абсурд. Мы – солдаты, наша задача – поддерживать порядок. По крайней мере, так мы думали. А потом Кассандра погибла в теракте. – Командующий помрачнел. – Наверное, ни один из нас по-настоящему не оправился. Мы пытались исполнить наше предназначение, доказать, что не зря носим фамилию Маук, но, как видишь, не слишком преуспели. Мои братья начали уходить – один за другим. В это же время Академия представила результаты генетического эксперимента с полным контролем над эмбрионом. Они стали новой надеждой, а мы так и не сумели оправдать своё создание.
Дженни опустила голову, чтобы скрыть выступившие слёзы. Каково это – каждый день просыпаться и вспоминать, что ты не больше чем неудавшийся эксперимент? Что у тебя нет семьи, нет дома, нет даже своего имени, а лишь одно название. Впрочем, теперь она хорошо это знала.
– Вы не виноваты, – попыталась утешить командующего Дженни. – Это не зависело от Вас.
– Спасибо, Дженни.
Он внезапно остановился и, подняв голову к тёмному небу, закрыл глаза и шумно выдохнул. Воротник рубашки подчёркивал его широкую шею, и Дженни почувствовала, как под загорелой кожей пульсирует кровь.
– Вы в порядке, сэр?
– Безусловно, – Ник Маук открыл глаза и улыбнулся ей. Он выглядел усталым, и Дженни впервые подумала о том, что он тратит на неё своё свободное время. – Прости за этот эпизод, Дженни. Должен признаться, мне немного не по себе с тех пор, как погибла Теринг.
– Теринг?
– Моя… партнёрша, – уголки губ командующего чуть приподнялись – недостаточно, чтобы стать улыбкой. – Если можно так сказать. Мы не жили вместе.
Дженни почувствовала, как внутри что-то обрывается. Ник Маук представлялся ей таким самостоятельным, не похожим на других людей, что она не могла представить, чтобы у него кто-то был. С другой стороны, не мог же он жить одной лишь жизнью командующего – в конце концов, он был привлекательным мужчиной, созданным искусственно, но в то же время таким настоящим, что…
Командующий Маук продолжал смотреть на неё, и Дженни чувствовала, что должна что-то сказать.
– Что… Что с ней случилось?
– Столкновение аэрокаров.
– Мне жаль…
