Читаем Варяг II онлайн бесплатно
Я посмотрел на бурдюк. Потом на ухмыляющуюся рожу предводителя врагов. На изуродованную собаку. На голову Расмуса, которую вторая собака все еще держала в зубах. Хуже уже не будет. Весь страх, вся неуверенность, вся горечь этого мира внезапно испарились, оставив после себя абсолютную, звенящую пустоту. Пустоту, которую нужно было заполнить. Чем-то простым и ясным. Яростью.
Я взял бурдюк дрожащими руками. Поднес к губам. Горькая, вязкая, отвратительная жидкость обожгла горло. Я выпил всё до дна. Эйвинд, не колеблясь, повторил за мной.
Сначала ничего не происходило. Я чувствовал лишь горькое послевкусие. Но потом по жилам разлился жар. Сначала слабый, как от глотка вина, но быстро нарастающий, превращающийся в пожар. Сердце забилось с такой бешеной силой, что казалось, готово разорвать грудную клетку. Дыхание участилось, стало глубоким и шумным. Легкие горели, но уже не от нехватки воздуха, а от избытка нечеловеческой силы. Трусливая, суетливая тревога была выжжена каленым железом. Ее место заняла всепоглощающая, первобытная, чистая ярость. Мир окрасился в багровые, золотые и черные тона. Зрение стало острым, как бритва, но при этом заволоклось красной дымкой. Я перестал быть Вадимом, профессором истории. Я перестал быть Рюриком, бондом. Я стал оружием. Живым, дышащим, мыслящим клинком. И этот клинок жаждал крови.
— ЛУКИ! К БОЮ! — проревел чей-то хриплый голос, и он прозвучал как благословение.
Наши лучники отпустили тетивы. Стрелы с глухим стуком впились в щиты передовой шеренги противников. Те даже не дрогнули. С единым, оглушительным ревом, в котором смешалась ярость и предвкушение легкой добычи, они ринулись в лобовую атаку. Стеной стали, дерева и дикой силы.
Позади ревело море — оно готовилось стать нашей братской могилой. Оставался только один путь…
Я рванулся к костру. В глазах плясали черные и багровые пятна, но ярость, точная и направленная, вела меня. Я сунул в пламя пучок промасленных тряпок, дождался, пока они вспыхнут, и поджег фитиль на горшке с «Пламенем Суртра». Глиняный шар стал быстро нагреваться в моей руке.
— ДОРОГУ! ПРОЧЬ ОТ КОСТРА! — заорал я.
Изо всех сил, вложив в бросок всю свою ненависть, я швырнул его в гущу набегающих врагов.
Горшок описал высокую дугу и разбился о щит одного из нападавших. С шипением и рокотом жидкий огонь брызнул во все стороны, как кровь из раны. Трое мужчин мгновенно вспыхнули, словно факелы. Их вопли были нечеловеческими — высокими, полными нестерпимой агонии. Они метались, пытаясь сбить пламя, падали на землю, катались по мокрой траве, но адский состав продолжал гореть. Потом ветер донес смрад паленой шерсти, кожи и жареного мяса. Этот запах уже становился привычным…
Но я не видел их страданий. Я не слышал их криков. Я видел лишь цель. Достал скрамасакс. Короткий, тяжелый клинок блеснул в отблесках костра и молний. Выставил вперед щит, почувствовав его надежную тяжесть. И мы, с Эйвиндом по правую руку, с обезумевшим от горя Эйнаром по левую, пошли навстречу этой лавине.
Она врезалась в наши сомкнутые ряды с грохотом, который был слышен даже поверх рева шторма. Мир сузился до нескольких квадратных метров кровавой, раскисшей грязи. Наступил звенящий, оглушительный ад. Крики — яростные, полные боли, предсмертные хрипы. Брань, самая отборная и грязная. Лязг стали, глухой стук железа по дереву щитов, хруст костей, чавкающий звук клинка, входящего в плоть.
Мое тело двигалось само, повинуясь рефлексам и звериному инстинкту, который во мне разбудило зелье. Я рубил, колол, уворачивался, парировал щитом. Скрамасакс в моей руке был продолжением моей воли, моей ярости. Я вкладывал в каждый удар всю ненависть к этому миру, весь страх первой главы, всю боль от унижений, всю тоску по Астрид.
Кровь брызгала мне в лицо, горячая и соленая, заливала глаза, но сквозь багровую пелену я видел все с невероятной, пугающей четкостью. Каждую пору на лице врага, каждый оскал, каждый блик на зазубренном лезвии его топора, каждую каплю дождя на его щите.
Но в какой-то момент меня сбили с ног. Я попытался встать и поднял глаза, наткнувшись на удивительное зрелище.
На вершине скалы, за спиной сражающихся, стоял Высокий Старец. В синем плаще и надвинутой на лоб шляпе, скрывающей один глаз. На Его плече сидел огромный, блестящий ворон. И Он смотрел прямо на меня. Я увидел, как Его губы, скрытые седыми усами, тронула улыбка. Не добрая и не злая — знающая. Он медленно, очень медленно поднял руку и показал мне большой палец. Одобрение. Благословение Бога-Воина, Бога-Висельника, Бога-Мудреца.
Мотнув головой и прогоняя наваждение, я вовремя парировал атаку Голиафа. Я закричал и плюнул ему в лицо. В такт бешеному стуку сердца в висках запульсировала лишь одна простая, как удар молота, мысль: «УБИТЬ! УБИТЬ! УБИТЬ!»
