Читаем В горах Ештеда онлайн бесплатно
Внезапно я вскрикнул: на тропинке кто-то показался — это они!.. Но стоило мне вглядеться пристальнее, и, не говоря ни слова, я отшатнулся от окна и упал на стул. Нет, не двое шли в нашу деревню, а всего-навсего один человек, и я узнал в нем пономаря. Он вошел в горницу и спросил:
— А где жених и невеста? Почему они опаздывают? Священник ждет их в костеле уже целый час…
Больше я не мог молчать и рассказал всем, где мы вчера с хозяйкой были, кого встретили, на что решились и как дальше дело обстояло. Не было никакого сомнения, что пан Аполин не пришел на условленное место, — он убит, а невеста его теперь в горе и по сию пору ждет его, все еще не хочет терять надежду.
Рассказ мой взволновал людей. Они стали советоваться между собой, как дальше поступить; не пойти ли сейчас всем в домик угольщика, и если не удастся схватить и наказать атамана, то по крайней мере можно логово его разрушить. Я не слышал, что они говорили, и не отвечал на их вопросы — не мог думать ни о чем другом, кроме как о хозяйке и ее страшном горе. Не сделала ли она чего над собой?
Не говоря ни слова, я поспешил к ней на помощь. Поднялся в гору с такой быстротой, словно по ровному полю бежал; никто из тех, кто был сзади, угнаться за мной не мог. Но, вопреки моему ожиданию, под сосной никто не рыдал, никто не ломал рук. Ни пана Аполина, ни нашей хозяйки тут не было…
Скоро мои опасения превратились в уверенность; дрожа всем телом, принялся я осматривать место; под каждым кустом, за каждой скалой ожидал я увидеть ее всю в крови, бледную, мертвую… Если она и вправду самоубийца, уже наверняка пред господом предстала, и мы с ней не только в этой жизни никогда больше не встретимся, но и за гробом, — ведь этот ее шаг нас навеки разъединил…
Ищу, зову, кричу, умоляю ее отозваться, смотрю повсюду. Вся деревня вместе со мной ее разыскивает, ищут, зовут ее и стар и млад, мужчины и женщины, — всё напрасно, нет ее и в помине. Одно только горное эхо имя ее повторяет, и ни малейшего звука в ответ! Куда могла забежать несчастная? Где свой страшный поступок совершила? Где она? Где? Теперь я стремился хотя бы мертвое тело ее найти, чтобы в освященной земле похоронить. Ведь если кого-либо преследовало несчастье и он с отчаяния был вынужден руки на себя наложить, ему не отказывали в погребении на кладбище близ костела, только погребальной процессии нельзя было пройти в божий храм и оттуда через ворота, поэтому грешника выносили из дома, ставили гроб у кладбищенской стены, в которой был сделан пролом, и в это отверстие проносили гроб к могиле, а за ним проходили все, кто провожал покойника в последний путь.
Я искал Франтину всю ночь напролет без устали. Наступил день, но никто ни за какую работу не брался — все лазали по скалам, в десятый раз осматривали все, что только возможно было. Не оставили нас соседи в эту трудную минуту. Однако опять не удалось ничего найти, а так как приближалась ночь, стало ясно, что никакие усилия уже ни к чему не приведут. Все воротились домой. Но я никак не мог успокоиться и рано утром пошел в горы один; снова искал ее следы и опять вернулся домой ни с чем. Одному господу богу было известно, куда она исчезла! Теперь я вручил ему ее судьбу. Пришлось признать, что сделать больше, чем я сделал, уже нельзя.
Воротившись домой ни с чем, я во дворе увидел Барушку. Горько плакала она, объясняя, почему не ушла от своей хозяйки еще вчера утром, как обещала. Выяснилось, что атаман и в самом деле ночью из дома ушел; матери его стало совсем плохо, н она начала готовиться к смерти. Не хотела добрая девушка одну ее оставить, до самого конца с ней была. Содержимое той шкатулки, которую сын на столе оставил, хозяйка велела высыпать в расселину между скалами — пусть, мол, эти драгоценности там до судного дня останутся! Старуха корчилась от боли, проклинала неблагодарного сына и призывала погибель на его голову, надеясь, что та женщина, ради которой он покинул мать и изменил памяти отца, еще отплатит ему за этот грех. Барча молилась за умирающую, просила бога простить ее, а заодно поминала в своих молитвах и нас с Франтиной, чтобы с нами ничего дурного не случилось. Думала она, нам посчастливилось поймать разбойника и сдать его куда следует, и удивилась, услыхав, что мы отказались от своего намерения.
Я говорил с девушкой, но почти ничего не слышал; душа моя на части рвалась — ведь мне столько пришлось пережить за эти дай! Я отвел ее к нашей старой Марче, которая давно уже просила себе молодую помощницу, а сам пошел по делам. Она понимала — мне не до нее сейчас. Доверила мне Франтина свое хозяйство и поставила об этом всех в известность. Мне полагалось управлять в ее отсутствие, но как я теперь должен был действовать? Наследники покойного хозяина приступали ко мне, требуя передать все им. Крепко нажимали они на меня, уверяли, что Франтины мы больше не увидим, раз уже столько дней нет о ней ни слуху ни духу. Что было делать? Уступить им или продолжать вести хозяйство, надеясь, что она еще вернется?
