Читаем Табиб онлайн бесплатно
Несколько раз, во время заседания пришлось одергивать и пару раз подлечивать маму, сидящую неподалеку от меня, благо, что мои воздействия никак внешне не проявляются, но тем не менее она все же умудрилась несколько раз высказаться вслух, отчего ее чуть не вывели из зала. Пришлось вовсю задействовать свой дар убеждения, чтобы уговорить ее помолчать, а судью забывать каждый раз свои замечания. В то же время я чувствовал настроение судьи, и видел, что проходящее действо нравится ему ничуть не больше чем мне. Все, что он говорил, было заранее прописано в бумагах, лежащих перед ним и он просто выполнял роль глашатая, зачитывая заранее подготовленные речи и вопросы. Еще у него время от времени, на краю сознания мелькало какое-то беспокойство, связанное с этим делом, и сожаление, что он ничего не может исправить. Но я не стал лезть глубоко в его память, понимая, узнай я правду, все равно ничего не изменится. А если попробую как-то воздействовать на него, дело скорее всего отправят на доследование, и все равно вынесут тот приговор, который им нужен. А три объявленных года, все же не так уж и много, могли дать и больше. Теперь осталось встретиться с моим бывшим куратором и выразить свое желание попасть в зону, а не к нему в опеку. Поможет это или нет не знаю, но попробую.
Мама конечно здорово перенервничала в суде, но мать есть мать, хотя итог в общем-то был известен заранее. Сейчас, когда между нами установилась прочная ментальная связь, мы каждый день общаемся между собою, поэтому она хоть и сильно переживает за меня, но все же гораздо более спокойна, если бы наше общение ограничивалось только письмами. Хотя мы договорились с нею, что писать все же будет, не стоит привлекать к себе внимание их отсутствием. Да и мне приятно почитать строки, написанные ее рукой.
В ставшей уже привычной камере, меня встречают немым вопросом. Не собираясь разочаровывать своих знакомых объявляю приговор.
— Трешка.
Пацаны понимающе кивают головами, пытаются как-то приободрить, но видя улыбку на моем лице, понимают, что мне этого не особенно нужно. Да и из ранних разговоров было понятно, что я ждал даже большего, а три года, это минималка, так что в принципе обижаться не на что.
Остаток дня проходит в обычных разговорах.
На следующий день, сразу же после завтрака меня вызывают из камеры.
— Искандер, к следователю на выход.
Сокамерники удивленно провожают меня взглядом, вроде бы приговор объявлен и мне остается только дожидаться этапа, и вдруг этот вызов. Пожав плечами выхожу в коридор. Скорее всего это мой куратор, пришел узнать о моем решении.
Так оно и есть. Меня вводят в знакомое помещение, и мы остаемся вдвоем с майором. Он милостиво разрешает мне присесть и осведомляется о решении, которое я принял. Я озвучиваю его. Примерно с минуту он молчит, пристально глядя на меня, а после начинает говорить.
— Я думал ты умнее. Ты понимаешь, от чего, только что отказался? Тебе предлагали свободу. Пусть несколько ограниченную, но все же свободу. И ты все же выбираешь зону. Ты думаешь тебя там ждут с распростертыми объятиями? Ждут, но отношение к тебе будет совсем не таким радужным как ты, наверное, представляешь себе. Поэтому предлагаю еще подумать. У тебя пять минут.
Похоже мой отказ сорвал какие-то планы этого майора и не только его, и он старается как-то исправить ситуацию в свою пользу. Но я уже принял решение и не собираюсь менять его. Но раз уж мне дали пять минут, можно посмотреть чьи-то мысли касающееся меня решаю я и подключаюсь к куратору.
Ого! Оказывается, все здесь сказанное, чисто его инициатива. Во всяком случае если кто еще и знает об этом, то весьма ограниченный круг людей. Это хорошо. А вот дальнейшие его мысли мне совсем не нравятся. Оказывается, в случае моего отказа, он собирается сделать некую отметку в моем деле и в этом случае меня отправят куда-то очень далеко. Какая-то Ангарская Воспитательно-трудовая колония. Судя по названию, это где-то в Сибири. Что-то мне не особенно туда хочется. Наверное, пора задействовать свои возможности, иначе упекут так, что после действительно не рад будешь. Придется ему повторить подвиг лейтенанта-следака, решаю я. Мысленно даю майору установку, отправить меня после моего ответа обратно в камеру, а самому, сразу после моего выйти в коридор. Отключаюсь от него и повторяю ранее озвученное решение. Майор злобно смотрит на меня произносит:
— Ты об этом пожалеешь.
