Читаем Совиные врата онлайн бесплатно
— Прем сбрасывал динамитные шашки, которые взрывались только через десять минут. И всё равно мы даже приблизительно не смогли разведать конец ствола. Ты ведь всё время спрашивал себя, почему его диаметр в точности равен числу пи.
Хансен сделал паузу, но ответа ждать не стал.
— Я могу тебе сказать. Я понимаю его смысл, потому что глубина ствола очистила меня. Бездна бесконечна. Она никогда не кончается. Она уходит в вечность.
— Это невозможно, — перебил я. — Этот ствол кто-то построил, и…
— Ты ошибаешься. Он существовал всегда.
— Чушь! Даже Земля не существовала всегда.
— Да. Но фазовое пространство, в котором заканчивается этот ствол, существовало.
Я не мог позволить Хансену окончательно потерять рассудок. Ещё немного — и его накроет глубинное помрачение. Медленно спускаясь по верёвочной лестнице, чтобы оказаться ближе к нему, я продолжал говорить:
— Заведи мотор и веди гондолу вверх. Тогда мы сможем поговорить нормально.
— Я же сказал: топлива я не взял. Для меня это путешествие без возвращения.
Именно этого я и боялся.
— Тогда давай говорить так…
— Ты хочешь говорить, хотя даже не слушаешь! — Голос Хансена звучал истерично. — Прем провёл здесь, внизу, несколько дней. Он знал тайну ствола, но она свела его с ума. Я чувствую, как она меня точит. Ствол высасывает из меня жизнь, вырывает душу из тела. Прежде чем мне придёт конец, я брошусь вместе с гондолой до самого низа. Я хочу узнать всё. Всю правду.
— Нет!
Конечности у меня дрожали. Скоро руку и ноги сведёт судорогой. Я висел уже примерно в десяти метрах под гондолой. Свет керосиновой лампы мерцал сквозь щели между досками и отражался в сверкающей черноте стен, где через несколько метров растворялся.
Ниже лежала абсолютная тьма.
— Мы можем вместе вернуться наверх.
— Я убил Бьёрна. Если поднимусь, меня ждёт суд. А потом смертный приговор.
— Нет, — солгал я. — Я замолвлю за тебя слово.
— Ты никогда не умел убедительно лгать. Петля, гильотина или этот ствол — смерть всё равно ждёт меня.
Я снова сильнее почувствовал воздушную тягу сверху. Она прижимала поднимающийся серный запах вниз, раскачивала меня вместе с лестницей из стороны в сторону и медленно закручивала вокруг собственной оси.
— Чувствуешь? — крикнул Хансен.
Я не ответил, только крепче вцепился в перекладины.
— Ствол живой. Он дышит. Он вдыхает нас, высасывает силы и волю. Прем называл этот сквозняк дыханием дьявола. Как только он делает вдох, серная вонь исчезает. Будто мы внутри гигантской дыхательной трубки. Вопрос только в том, куда она ведёт. Неужели не догадываешься?
— Прем сошёл с ума. А мы никогда не узнаем правды.
— Иного пути нет. Нужно сойти с ума, чтобы понять смысл ствола, — возразил Хансен.
— Поднимайся со мной наверх!
— Я уже сказал: поздно. Для меня пути назад больше нет. Кожа между пальцами ощущается иначе… кожа на голове, волосы, давление в глазах…
Голос Хансена сорвался.
— Меня тянет вниз, — выдавил он гортанно. — Когда проведёшь здесь достаточно долго, ты тоже это почувствуешь. Скоро я разгадаю последнюю тайну ствола. Я иду на максимальную глубину! Прощай…
Я услышал, как Хансен перевёл рычаг. Зубчатые колёса начали щёлкать. Звуки странным эхом расходились по стволу.
— Нет! — закричал я. — Не делай этого!
Ногой я достиг последней перекладины верёвочной лестницы. Беспомощно болтался между стенами ствола и даже коснулся рукавом рубашки блестящей породы.
С каждым щелчком зубчатых колёс гондола Хансена уходила всё глубже.
— Остановись!
Отзвуки накладывались друг на друга. Посреди какофонии мне почудились звуки его банджо. Потом щелчки исчезли. Осталось только эхо.
Несколько секунд спустя банджо начало удаляться с бешеной скоростью. Во тьме вспыхивали снопы искр. Платформа с дизельным мотором и всей гондолой падала в ствол без тормозов. На максимальную глубину. Так, как он всегда и хотел.
На мгновение воздушная тяга прекратилась. Серная вонь вернулась — словно Хансен послал из глубины последний привет.
ГЛАВА 54
— Проклятый идиот! — крикнул я ему вслед и хотел заорать так, чтобы душа вылетела из тела, но голос сорвался.
Рыдая, я вцепился в лестницу. Я знал: мы бы как-нибудь выбрались на поверхность. Но Хансен сдался в самый последний миг — уже перед подъёмом наверх. Упрямец даже не позволил себе помочь. Почему он не хотел жить?
Больше всего меня бесило, что всё оказалось напрасно.
На мгновение я подумал: а что, если просто разжать пальцы и самому рухнуть вниз?
Минуты тянулись. Я висел на лестнице и всё не слышал удара. Да и никогда бы не услышал — в этом я был уверен. Шахта уходила слишком глубоко.
Вдруг какой-то звук вырвал меня из оцепенения. Сердце подпрыгнуло. Я затравленно вскинул голову. Сначала мне показалось, что верёвочная лестница расплетается или вырывается из крепления, но потом я понял: звуки поднимаются снизу. Они походили на рокот надвигающейся бури.
