Читаем щ онлайн бесплатно
А на этом все восемь кангарских ханов порешили сразу и твёрдо — кагану хазар они друзья и союзники, но не данники. Не для того их народ отказывался от идеи избрать собственного кагана, чтобы подчиняться чужому. Да и знали уже, как нелегка и хазарская власть для тех, кого она сумела подмять под себя. Стонут от неё и савиры, и южные ясы, и сами хазары — не те, которые тюркская знать, а коренные оседлые, да и тем кочевым, кто подвластные кагану данники, несладко приходится. Те же самые кара-булгары, например. Просто так, что ли, их сородичи кто далеко на запад ушёл, а кто и далеко на север, так что разделён теперь прежде единый народ прежней Великой Булгарии. Не были в восторге и саклабы той же Куявии, с которой Ингор-олг драл дань и для себя, и для каганата. Разве такой судьбы искали кангары, уходя от разрастающегося ябгу-каганата огузов? Там тоже стонут подвластные ему народы, особенно бывшие кангарские города на Сейхуне. Против поборов кангарского ябгу-кагана выступали, непомерными они им казались, отчего и на сторону огузов тогда переметнулись, а чего добились? Того же самого! Теперь уже жаден и несправедлив для них огузский ябгу-каган. Вот поэтому и не нужен кангарам каган — ни свой, ни чужой. С давно прошедших времён — сыты великодержавием по горло.
Беда в том, что мало для сохранения свободы одного только свободолюбия. Её ни один народ добровольно чужакам не уступит, но многие теряют, если чужаки сильнее. Кто покорился бы тем же тюркам, не окажись у них в большом количестве малоуязвимых для стрел конных латников в чешуйчатой железной броне? Конечно, под таким всадником и конь устаёт быстро, да и не всякий конь ещё его выдержит, и сам всадник долго в такой броне не выдержит, и без поддержки своей лёгкой конницы одна только тяжёлая погоды не сделает. Но у тюрок, как и у всех степных народов, хватало и лёгкой, а латники тюрок служили им той ударной силой, которую их противнику не остановить. Разве выдержишь с такими встречный конный сабельный бой? Вот и пришлось покориться тюркам Ашина всем народам Великой Степи от далёких восточных морей и страны шёлка до Румийского моря. То, что не надолго тюркам единства их каганата хватило — это уже другая история, как говорят атланты. Пока хватало — били всех в степи, и никто не мог противостоять им.
Таковы же примерно были и авары, вытесненные на запад тюрками, у которых было больше тяжёлой конницы, но на своём пути тоже сминавшие всех. Уж на что сильны были в своё время потомки гуннов булгары, но и им пришлось признать над собой власть аварских каганов. Последующее ослабление авар и упадок их каганата — опять же, другая уже история. Пока были в силе — только тюрок на востоке боялись, а все остальные перед самими аварами дрожали. А как ты остановишь плотно сгрудившуюся лавину их тяжёлой конницы? Как говорят саклабы, сила солому ломит. Только после распада обоих каганатов — и Тюркского, и Аварского с их латной конницей — и смог булгарский Кубрат-хан создать свою Великую Булгарию. Возможно, и подольше бы она продержалась, не возроди Ашина осколок Тюркского каганата в Хазарии. Конечно, там и раздел страны между сыновьями Кубрат-хана сказался, поскольку и Хазария не сразу силу набрала. Но она её набирала так или иначе, и даже с единой Великой Булгарией хазары всё равно справились бы, пускай и позже. И опять же, благодаря своему превосходству в ударной тяжёлой коннице.
У хазар она состоит в основном из тюркской военной знати и примыкающей к ней племенной знати данников и союзников. И в этом у хазар нет большого отличия от их предшественников. Отличие их — в другом. Точно такая же конница составляет основной костяк корпуса наёмной хорезмийской гвардии, одинаково чужой как для тюркской знати каганата, так и для знати всех прочих его народов. Они служат кагану за плату, которую получают из его казны, и подчиняются только ему. Морские урусы, составляющие хоть какое-то подобие флота — на морях и реках, а хорезмийская конница — на твёрдой земле. Мятежники-иудеи в смуту перекупили и тех, и других, и это наверняка решило бы исход мятежа в их пользу, не вмешайся тогда атланты. А без их вмешательства побеждает тот в степи, у кого больше тяжёлой конницы, удара которой никогда не выдержать лёгкой. Это хорошо, что у Бихар-кагана хватает забот поважнее, и в качестве союзников кангары ему нужнее, чем в качестве данников. А если бы нет? Тяжёлая конница — это большая сила.
