Читаем щ онлайн бесплатно
В число отобранной в рабство за недоимки родной веси молодёжи попал тогда и Стемид. И не то, чтобы нельзя было сбежать, но куда пойдёшь? Домой? Выдадут его как беглого, чтобы другого никого вместо него не забрали. А для других общин он тем более чужак, которым не жалко расплатиться со сборщиками дани. Или просто сменять купцам за какие-то их нужные общине товары. На ту же соль или на то же железо хотя бы. И если выкуп за тебя свои не дадут, то так и будет. А кто за него выкуп даст, когда и так должны свои русам года на два вперёд, и не факт ещё, что расплатятся без новой отдачи молодых в холопы. Кто обложен русами данью, тот своего кого-то сбережёт, чужаком расплатившись вместо него, а кто не обложен — всё равно в товарах привозных нуждается и сберечь своё добро, расплатившись чужим, тоже случая не упустит. Так если в родном племени ничего хорошего не светит, в соседних — и подавно. Ну и куда ему тут при таких обстоятельствах бежать? К аланам разве только в верховья Донца? Город там у них свой, говорят, и рабов у них там нет, и если примут, будешь свободен. Но ты дойди до них ещё через все земли северян, а за ними — и через ясов, да печенегам ещё между ними не попадись. А даже если и дойдёшь каким-то чудом, так могут ведь и не принять. И куда тогда?
И в Вышгороде будущее представлялось безрадостным. Могут у себя оставить в услужение, но что за жизнь у дворового холопа? А могут и продать — или на север, где в Хольмгарде свионам рабов перепродают, или на юг — болгарам, ромеям или хазарам. Там рабы всем нужны, так что каждый год их туда везут, и всё мало. И если ты попадёшь в их число — моли богов, чтобы дальним ромеям продали, а не ближним приморским. Там ещё южнее ромеев элены живут, тоже греки, но другие, не ромейские, аланам друзья, и у них тоже, говорят, рабов нет, а принимают не так придирчиво, как аланы. Но это же насколько ещё повезти должно, чтобы и продали именно туда, и сбежать от ромеев удалось, и дойти до тех эленов, которые не ромейские? Как бы не больше ещё, чем до тех аланов на Донце! Девки поэтому ни о чём подобном и не мечтали, а мечтали в наложницы к хёльгу попасть или хотя бы к его старшей дружине. А для парней пределом их мечтаний было в дружину отроками попасть. Это тоже редкое везение, поскольку и у старшей дружины, и у гридней свои сыновья есть, но при их нехватке могли и из молодых холопов отроков пополнить. И из отроков дружинных продать холопа могли, но были и шансы выслужиться в гридни.
Стемиду тогда крупно повезло. Храбрость, сила, ловкость — всё это важно для отбора в дружину, но в холопы за недоимки с подвластных весей русы отбирали лучших, дабы и продать их можно было подороже. А Стемид был не хуже прочих, но и не лучший из всех, привезённых в Вышгород из многих древлянских весей. Из доброй сотни десяток с небольшим требовался в дружинные отроки, и точно нашёлся бы кто-то получше его, не будь он тервингом по отцу и не владей отцовским языком в совершенстве. Легко понимал он поэтому и язык русов, как и они язык тервингов. То есть, в их понимании мог говорить по-человечески. Ведь кто такие эти русы в основной своей массе? Артаны, готы-грейтунги и герулы. Нахватались, конечно, и чужих слов у моря, но в целом язык русов — всё равно готский. Если какого-то чужого слова и не поймёшь, фраза всё равно понятна. Быстрее он понимал, быстрее и правильнее отвечал, это и решило его судьбу — попасть в тот десяток, который отбирался в дружинные отроки. Столько же примерно отобрали в дворню, а всех прочих так и вывезли потом на продажу, и как дальше сложилась их судьба, он не знал.
Лёгкой жизни не было и у дружинных отроков. От прислуживания старшим не были освобождены и сыновья вятших. Только они, конечно, прислуживали хёльгу, да его ближайшему окружению. Сыновья гридней — остальным вятшим и старшим гридням, ну а отроки из холопов — всей остальной дружине. И шпыняли отроков старшие, конечно, всех без исключений, но вятших — меньше, а холопов — больше. Да и сынки вятших важничали и тоже шпынять пытались, а морду такому за это набей — сам же и виноватым окажешься. Двое так и вылетели из дружинных отроков — одного в дворню перевели, другого вообще на вывоз для продажи. Так это ещё мягко обошлись, как объяснил им свенельд-наставник. Могли ведь и отцу побитого чада в его дворовые холопы продать, и что тогда ожидало бы там не в меру гордого холопа? А ты не дерись с вятшими, ты терпи и место своё знай.
