Читаем Путь онлайн бесплатно

В последнее время сверстницы Насанху стали носить дэлы с короткими рукавами, появляться на улицах, петь хором революционные песни. Насанху следила за ними с любопытством и откровенною завистью: они жили какой-то новою жизнью, о которой она и понятия не имела. Недавно она встретилась с подружкою детства, и та рассказала ей, что вступила в Революционный союз молодежи. Уж ее-то, конечно, никто в Союз не позовет, — Насанху почувствовала себя одинокой, обойденной несправедливо: кругом кипит новая жизнь, и лишь она продолжает оставаться за высокой стеной собственного двора.

Насанху снова прислушивается: дождь почти прекратился, и только редкие капли громко стучат по намокшей крыше юрты.

Работы у Дугара была немного. Он возил работников военного министерства в другие ведомства и в русские казармы, доставлял в учреждения документы — концы все небольшие; занятия же с русским инструктором отнимали лишь один день в неделю. Свободного времени оставалось достаточно, и Дугар зачастил к Сурэну. Куда только не возил его Дугар, желая угодить хорошенькой дочке, — и в монастырь Дзун-хурэ, и в Гандан, и в Амгаланбатар, и в Консульскую падь! Обычно Сурэн грузил машину разным товаром, и они ехали назад, в Ургу. Сурэн был неизменно ласков с Дугаром, и юноше, тосковавшему по отеческой ласке, такое отношение было очень дорого.

Начальник военного гаража Дэгэху, человек уже пожилой, немногословный, регулярно проверял, в каком состоянии находятся автомобили, часто рассказывал шоферам о работе народного правительства. Дугару он казался чересчур строгим и недоступным. Однажды сосед Дугара по казарме сказал:

— Ты знаешь, Дугар, что наш начальник бил под Улясутаем вандановцев{51} вместе со знаменитым Хатан-Батором{52}?

В голосе молодого водителя звучало неподдельное восхищение. И Дугар смотрел на своего начальника еще более почтительно, но в то же время, как ни странно, с некоторой опаской.

Дэгэху мог запросто беседовать с шоферами, но мог и сердито отчитать. Резок на язык, сообразителен и умен был старый революционер Дэгэху. Особенно ясно это обнаружилось вот после какого случая.

В гараж из министерства финансов прислали чиновника регистрировать машины. Чиновник ничего не смыслил в своем деле, и Дэгэху без всяких околичностей заявил ему, что он никакой не финансист, а просто бывший феодал, устроившийся на высокий пост. Вот тебе и немногословный дарга{53}! Дугар тогда же решил, что непременно расспросит командира про то, как он воевал.

Однажды, когда Дугар мыл машину, к нему подошел Дэгэху.

— Ты, как я погляжу, обхаживаешь свою машину, будто коня любимого, — улыбнулся Дугару начальник.

Дугар, сочтя, что обстоятельства самые благоприятные, спросил:

— Говорят, дарга, вы под командой Хатан-Батора с боями дошли до самого Улясутая.

Командир строго посмотрел на Дугара.

— Не совсем так: с Хатан-Батором я был на озере Толбо. А почему это вдруг тебя заинтересовало?

Дугар открыто посмотрел на начальника, затем опустил глаза.

— Да причины никакой нет. Просто я и сам воевал.

Дэгэху смягчился.

— Я служил под началом обоих славных полководцев — и Хатан-Батора и Хас-Батора{54}. Вдоволь наслушался ружейных выстрелов да грохота пушек. Ты, Дугар, еще молодой, но ты уже боролся за революцию. Теперь главное для нас — укреплять силы родины, помнить, какой ценой была добыта ее свобода. В молодости я не слишком-то задумывался над жизнью — за меня, дескать, другие думают, правительство, например. И только позднее начал соображать сам. Зато теперь знаю твердо: новая власть — это такие же простые люди, как мы с тобой. И ни к чему нам всякая феодальная дребедень да особые права.

— Истинная правда! — кивнул головой Дугар.

Дэгэху ничего больше не прибавил и ушел. Дугар смотрел ему вслед. Да, вот таким и должен быть настоящий революционер и партиец!

— Послушай, что я тебе скажу, Сурэн: не кажется тебе, что этот шофер заглядывается на нашу дочку?

— Что? — Сурэн с изумлением уставился на жену. — Как ты сказала?

— Разве ты слепой, что ничего не замечаешь?

— Нет, ты ошибаешься! Беспокоиться нечего.

— Смотри, будешь еще каяться, что не обратил внимания на мои слова.

Сурэн лукаво усмехнулся:

— Сердцу не прикажешь!

— Ну, тогда давай их поженим, — воскликнула жена, рассерженная его усмешкой.

— Что за вздор! Ведь мы обещали Насанху сыну Дагвы, Сухбату.

— Староват он… Хотя в остальном человек подходящий.

— Какой там староват — всего лет на десять старше! Если бы не смутные времена, выбрали бы жениха и получше, познатнее, а теперь выбирать не приходится: все стали равны. Осенью справим свадьбу, добро с молодыми поделим. Чего еще дожидаться?

— Да ведь не любит она Сухбата!

— Но родителей слушаться должна?

— Зачем же выходить за немилого? Найдет еще себе по душе — успеет, лет ей не много.