Читаем Путь онлайн бесплатно
Наутро Дугар увидел в окно, что на землю лег иней. Значит, скоро зима. Дугар призадумался. Дэл, который служил ему уже не первый год, износился и, пожалуй, еще одной зимы не выдержит. Правда, ходили слухи, что цирикам выдадут казенную одежду, но пока не дали ничего. Зато уплатили месячное жалованье: пять янычанов{47}. Эти деньги Дугар сберег и теперь стал подумывать, не купить ли себе зимнее платье. Он окончательно утвердился в этом намерении, когда через несколько дней задули холодные ветры. В казармах не топили, а в столовой над чаем всегда клубился густой пар.
Учился Дугар хорошо. Особенные успехи делал он в грамоте, все схватывал на лету, легко запоминал буквы и целые слова. Преподаватель часто его хвалил. И стрелял Дугар отлично — не только всаживал пулю за пулей в центр неподвижной мишени, но и ни разу не промахнулся, стреляя в голову антилопы, раскачивающуюся между двумя столбами.
С товарищами по взводу Дугар сдружился легко: часто они проводили свободное время вместе за откровенной беседою, и Дугар научился свободно выражать свои мысли.
Еще ближе сошелся он с Сухбатом. У того всегда водились деньги, и он охотно их тратил, угощая друзей. И что за вкусные вещи покупал Сухбат в иностранных лавках! Китайское печенье, которое так и таяло во рту, конфеты, чернослив и всякую всячину. Дугар отроду не видывал таких лакомств. Отправляясь в город, Сухбат часто звал с собою Дугара и водил его по разным интересным местам. У Сухбата было множество знакомых, и все принимали друзей очень радушно. Иногда они захаживали на тот двор, где были вместе в первый раз. Дугару казалось, правда, что красивая Насанху поглядывает на него с затаенной усмешкой, и он чувствовал себя скованно, неловко в ее присутствии.
Взводный Дугара оказался земляком Сухбата, может быть, из-за того он делал Дугару кое-какие поблажки и чаще обычного отпускал в город.
Теперь Сухбат не называл Дугара иначе, как «мой младший брат», и вскоре цирики решили, что они и в самом деле братья. Внезапно Сухбат исчез на целые десять суток, и Дугар тосковал по приятелю, чувствуя себя совсем одиноким.
И вот как-то раз после шумного утреннего чаепития Дугар неожиданно столкнулся с Сухбатом при выходе из столовой. Он спросил с удивлением:
— Где это ты пропадал, Сухбат? Что случилось? Я так волновался!
Сухбат криво усмехнулся.
— Проклятая рука снова разболелась, — объяснил он.
Только тут Дугар заметил, что одна рука у него на перевязи.
— Старая рана открылась?
— Нет. Наша рота ходила добивать белую банду в падь Тэрэлж, и меня второй раз ранили в ту же руку.
Дугар почувствовал смущение: товарищ был ранен, лежал в госпитале, а он ни о чем и не знал.
— И что же? Хорошо тебе залечили рану? Не беспокоит?
— Теперь все в порядке.
В тот же день обоих отпустили в город. Дугар повел Сухбата в закусочную и на деньги, которые он откладывал на теплый дэл, заказал айраку и мяса с овощами, до которого, как он знал, Сухбат был большой охотник.
Когда, отяжелев от еды, они вышли из закусочной, Дугар после недолгого колебания предложил:
— А не зайти ли нам в ту юрту?
— В какую? — не понял Сухбат.
— Ну, помнишь, где мы были в первый раз? К твоим землякам?
Сухбату вдруг бросилось в глаза, что Дугар покраснел.
— Нет, сегодня, пожалуй, не стоит. Насанху узнает, что меня ранили, разволнуется. Вот снимут повязку, тогда и сходим. А сейчас, братишка, лучше вернемся: что-то ноет рука, полежать охота.
Оба возвращались в казармы в мрачном расположении духа. Дугар и раньше подозревал, что Сухбат — жених Насанху, а теперь уверился в этом окончательно. «Дурак я, дурак, — думал он, — станет ли такая девушка обращать на меня внимание?»
За весь обратный путь Сухбат не вымолвил ни слова. По случаю выходного дня в казармах было пусто. Дугар растянулся на деревянных нарах. Отчего это Сухбат в лице изменился, когда он, Дугар, заговорил о том, чтобы пойти к его знакомым? Нет, что бы ни было, не может он выбросить Насанху из своего сердца! Только как жить дальше? Еще совсем недавно весь мир казался ему прекрасным, и особенно в те дни, когда, вернувшись из юрты, где жила Насанху, он ночь напролет не смыкал глаз в мечтах о прекрасной девушке. А теперь? Сухбат, конечно, заметил, как он покраснел, и, конечно, обо всем догадался. Ну куда ему тягаться с Сухбатом? Тот и старше, и умнее, и богаче. Такую девушку, как Насанху, ни за что не отдадут бедняку. А у Дугара ничего нет. Выходит, надо взять себя в руки, надо как можно скорее обо всем забыть. Дугар поднялся и вышел во двор. Дул ветер, поднимая красноватую пыль. Небо хмурилось. «И у неба настроение не лучше моего», — подумал Дугар. Эта мысль вызвала у него невольную улыбку. Хорошо бы повидать отца. Сердце Дугара сжалось в тоске.
Покуда Дугар шагал бесцельно по пустому двору, Сухбат лежал на своих нарах. Рука и в самом деле ныла, — наверно, к непогоде. Глаза Сухбата были плотно зажмурены, но он не спал, вспоминая всю свою жизнь.
