Читаем Помор онлайн бесплатно
Фёдор был готов отразить атаку и напасть, но он недооценил противника — с лёгким шелестом ему на плечи упало лассо, крепко, рывком, затянулось, сбивая дыхание, а в следующее мгновение Чуга понял, что слетает с седла, роняя «генри».
Кое‑как извернувшись, он приземлился удачно, но не удержался, опять упал — и тут же вторая петля захлестнула ноги. Лассо затягивал Шейн.
— Ты⁈ — выдохнул помор.
— Я!
— Иуда!
— Заткнись! — озлился Ларедо. — Каждый зарабатывает как может!
— Да чтоб ты подавился своими сребрениками…
«Стетсон» чудом удержался на голове у Фёдора, цепляясь за шею шнурком. Перевернувшись, загребая ногами, помор встал на колени — и заработал удар ногой в грудь, опрокинувший его на спину. Увидев перед собою Мэтьюрина Гонта, Чуга скривился, будто его стошнило.
— Пако! Трейс! — крикнул Гонт. — Стреножьте этого жеребца! А ты не дёргайся!
Выхватив из кобуры помора его же «смит‑вессон». Ларедо ткнул дулом в шею Чуге.
Помор чуть было не застонал. Срамота! Так опростоволоситься…
Трое или четверо ковбоев живо повязали Фёдора. Гонт, приблизившись, ударил помора ногой в бок. Чуга зарычал от боли, от стыда и бессилия.
— Ну вот и спеленали великого Теодора Чугу, — со злобным торжеством сказал Мэтьюрин. — Можешь не опасаться за свою жизнь, русский. Я вижу, у тебя шов на боку разошёлся? Ай‑ай‑ай… Это я, наверное, сапогом. Ах, какой я неловкий! Да ты не волнуйся, залатаем. Теодор Чуга мне нужен живым и здоровым, я хочу вдоволь натешиться, наблюдая, как ты там копошишься внизу, новая зверушка в моём зоопарке. Непонятно говорю? Ничего, скоро ты всё поймёшь. Пако! В фургон его, и смотрите мне, доставьте в целости и сохранности!
— Сделаем, босс, — лениво ответил вакеро.
Фёдора подняли и уложили на коня поперёк, привязав для надёжности. Чуга кусал губы, но сделать ничегошеньки не мог. Ярость, всколыхнувшаяся на предателя Ларедо, улеглась — с Шейном он разберётся потом. О другом надо думать: как выбраться? Как спастись? Как волю вернуть? Ничего в голову не приходило.
— Vaya con Dios![3] — рявкнул Большой Пако, и вереница коней двинулась по тропе.
Подняв голову, помор увидел Ларедо — ковбой с блуждающей улыбкой стоял перед Гонтом, а миллионщик опускал в его протянутые ладони золотые монеты, плату за предательство.
«А ведь эта собака вернётся к нашим, как ни в чём не бывало!» — окатило Чугу. И каких бед ещё натворит? Кого следующего подставит?
Фёдор крепко зажмурил глаза и поклялся себе, что вернётся. Обязательно! И воздаст…
На ранчо Гонта помора осмотрел тамошний лекарь, по совместительству коновал, и перевязал заново. Крепкие ребятишки, щеголявшие потёртыми «кольтами» в кобурах, небрежно затащили Фёдора в крытый фургон, и тот сразу же укатил.
Дорога была тряская, и, куда она вела, Чуга не ведал, пока не почуял сырые запахи моря — потянуло солёной влагой, йодом и гниющими водорослями. Под колёсами загрохотали гулкие доски причала, послышались грубые голоса матросни.
В фургон заглянул шкипер с испитым, заросшим щетиной лицом. Улыбнулся щербатым ртом и прошепелявил:
— Вылазь! Приехали!
Гоготнув своей же немудрёной шутке, он подозвал пару матросиков, и те, покряхтывая да поругивая Фёдора за «раскормленность», сволокли помора на причаленную шхунку — неказистый, но крепенький кораблик.
Чугу заперли в тесной каютке, и вскоре до него донёсся топот ног по палубе — шхуна отплывала.
Немного погодя качка усилилась — точно, в открытое море‑океан вышли.
Дверь с треском распахнулась, и внутрь протиснулся шкипер. В руке он сжимал револьвер.
— Привет узникам! — хмыкнул он и выглянул в дверь: — Заходь, заходь…
В каюту проскользнул темнокожий матрос с грязной холщовой сумкой, в которой брякали железки.
— Закуём тебя в кандалы! — ухмыльнулся шкипер. — Только не дёргайся, ладно? А то я обещал боссу, что доставлю тебя целым и невредимым. Но, если что, дупло в твоей башке такое проделаю, что белке хватит поселиться. А оно тебе надо?
— Нет, — разлепил губы Чуга.
— Вот и я о том же! Мунго, приступай…
Негр, боязливо поглядывая на Фёдора, достал нож и вспорол кожаные ремешки, стягивавшие помору запястья и щиколотки. Чуга с облегчением пошевелил ногами, и револьвер в руке капитана тут же вздёрнулся.
— Ты сиди, сиди!
— Да сижу я, сижу…
Мунго подкатал помору штанины и надел ножные кандалы. Быстро и ловко заклепал их, приковав отдельной цепью к ножке топчана, крепко принайтованного к полу. Потом пришла очередь ручных оков, и чернокожий с облегчением покидал инструменты в свою торбу.
— Отдыхай! — хмыкнул шкипер.
— Тебя как звать хоть? — спросил Фёдор.
— А зачем тебе? — ответил кэп вопросом, но всё же сказал: — Ну Шон я.
— Куда следуем, Шон?
— В Масатлан.[4] А дальше тебе «светит» дальняя дорога и казённый дом! Хе‑хе…
— Куда дорога?
— До поместья сеньора Гонта.
— И где же сеньора Гонта угораздило поселиться?
— В Чихуахуа, — усмехнулся Шон. — Это пустыня такая. Уж чего в ней сеньор Гонт нашёл, я не знаю, но тебя живо в курс дела введут! Хе‑хе…
— Спасибочки, обнадёжил! — фыркнул Фёдор. — И долго нам покорять морские просторы?
— Да недельки две. Хотя… Может, и пораньше управимся. Смотря какой ветер подует.
