Читаем Помор онлайн бесплатно

— Отличный загородный дом! — невинно улыбаясь, сказал Фима. — И к чему тут всякие ранчи, правда? А то скотина ещё и цветочки вытопчет… Где тут подумать о здоровье?

— Если ты такой умный, поезжай к дону Гомесу, купишь у него коров!

Беньковский с укором посмотрел на Федора.

— Вот уважаю вас, — сказал он прочувствованно, — но тьфу вам под ноги за ваше каменное сердце. Я ж устал!

— Отдохнёшь по дороге!

— Ви вгоняете меня в гроб, и даже глубже!

— Ты ещё здесь?

— Я забыл немного денег!

— На! Гирины, езжайте с Фимой. Попробуйте купить стадо беломордой породы и гоните сюда. Голов пятьсот. Не будет с белыми мордами, берите лонгхорнов. Поняли?

— Поняли, — смиренно сказал Беньковский.

— Мотайте отсюда…

Вскоре бакеры ускакали, и в Ла‑Роке установилась тишина — первобытная и умиротворяющая. Насладившись ею как следует, Чуга вздохнул и снова взялся за топор — пора пятый венец ладить…

[1] Новороссийск (или Славороссия ) — крепость на юге Аляски, у залива Якутат.

[2] Из проектов конституции декабристов Н. Муравьёва и П. Пестеля.

[3] Это предложение выдвинул К. Рылеев.

[4] К началу XIX века Россия владела не только Аляской. Её колонии возникли в Калифорнии, тогда ещё испанской, и на Гавайских островах. К сожалению, политика самодержавия не позволила этим анклавам расширить границы, чтобы слиться в единую Русскую Америку.

[5] Бакборд – лёгкая четырёхколесная повозка, кузов которой опирается на оси через длинные упругие доски (вместо рессор); на платформе имеется сиденье для кучера и низкие борта из металлических прутьев, к которым привязывают груз; на бакбордах ездили ранчеро, сельские почтальоны, врачи, торговцы и т.п.

[6] Так переводится «Форт‑Росс». Ныне в Форт‑Россе практически не осталось зданий того времени — землетрясение и пожар сделали своё дело. Реконструкцию американцы сделали на свой манер, весьма далёкий от русских обычаев.

[7] Лёгкие промысловые суда. Русские байдары достигали десяти шагов в длину, поднимая 200 пудов груза и девятерых промысловиков.

[8] Серапе – ярко раскрашенное шерстяное одеяло, используемое в качестве накидки.

[9] Грубое испанское ругательство.

[10] Дон Антонио Суноль — реальное историческое лицо. Гринго — так в Мексике презрительно называют американцев.

[11] Реальное историческое лицо.

[12] Так русские называли Джона Саттера (Иоганна‑Августа Зуттера), купившего Форт‑Росс. В 1848 году у лесопилки Саттера нашли первое золото в Калифорнии.

Глава 14. УРОЧИЩЕ ПОВЕШЕННОЙ ЖЕНЩИНЫ

К обеду Фёдор обтесал здоровенное бревно и уложил его — плотно, без единой щёлочки. Не баня у него выйдет, а форт.

— Обедать! — донёсся зов Ларедо.

Фёдор вздохнул, покачал в руке топор, да и воткнул его в ствол срубленной намедни сосны, дожидавшийся своей очереди. Хватит пока. Потрудился он изрядно, пора и подкрепиться. Исаев завалил здоровущего оленя, и Шейн наварил полный котёл мяса с бобами — хватит на добрую плотницкую артель.

— Надо бы объехать ранчу кругом, — сказал Чуга, подбирая хлебом подливку, — глянуть, что тут да как, где какая трава. Давай‑ка, Сёма, седлай своего, и движем — ты на север, я на юг…

— На юге — земля Гонта, — осторожно заметил Ларедо, — сразу за урочищем Повешенной Женщины.

— Не морочь хозяину голову, — сказал Исаев в назидание, — мы усё сделаем микер‑бекицер, быстренько та аккуратненько.

— Таки да! — ухмыльнулся Фёдор.

В путь Чуга двинулся на чалом, ведя Рыжика в поводу. Он официально оформил заявки на тридцать один участок, но смутно представлял себе ту землю, хозяином которой стал. На карте всё вроде понятно — вот Катедрал‑Батт, вот Уайлд‑Кау‑Пойнт, Фоссил‑Крик, Меверик‑Спрингс, Каньон‑дель‑Корво… А как это всё выглядит в жизни? Столько десятин земли, уйма! Это вам не хухры‑мухры! За сутки не обскачешь.

Фёдор ехал неторопливо, примечая по дороге заиленные ручьи, которые следовало расчистить (пусть его коровки пьют вдоволь!), участки с ядовитыми растениями (выполоть к едрене фене!), удобные места для стоянок (на ум пошло!).

Ближе к вечеру он выбрался к урочищу Повешенной Женщины. Это мрачное название носил неглубокий овраг, с южной стороны подступавший к цепочке холмов. Ни дать ни взять — крепостной вал со рвом. За «рвом» начинались владения Мэтьюрина Гонта. По эту сторону, на земле Чуги, паслось несколько коров с клеймом «М» в круге — тавро миллионщика. Фёдор прогнал чужую скотину и, с чувством исполненного долга, повернул до дому. Засветло он не доберётся, ну и что? Заночует у Койот‑Крик — так вроде тот ручей называется…

Винтовочный выстрел донёсся приглушённо, гулко отозвалось эхо. Зачастил револьвер — и тишина…

Чуга нахмурился. На войне, как на войне, говаривал Туренин. Похоже, вся Америка воюет. Одни занимают позиции и держат оборону, другие окружают их с флангов и переходят в наступление… Весело живут, едрить их в дышло!

Фёдор расседлал коней на берегу Койот‑Крик. Животины повалялись на траве, попили и занялись любимым делом — стали травку щипать.