Читаем Плюшевый: предтеча онлайн бесплатно
Орис Коннах собственной персоной!
— Папа⁈ — охнул я.
— Сын! — Орис просиял радостной и одновременно яростной улыбкой. — Ты пришел! Теперь мы точно пробьемся наружу!
— Внутрь, — поправил его я. — Мы пробьемся внутрь.
Меня тоже захлестнула яростная радость, которая и сама по себе была здесь оружием. Я слышал на проповедях, что бесы боятся чистой радости, и только теперь понял, в чем суть.
— Веди нас, — согласился отец.
Я хотел было спросить, кого «нас», но вдруг увидел. Целая толпа серебристых силуэтов стояла за его спиной. Несколько стоящих впереди были мне знакомы: Мика из моей группы; парнишка Кай, чья отрубленная голова укатилась мне под ноги в первые минуты на этой планете; Преис из группы Дира и Ланса; Пиль, мой товарищ на турнире; еще один подмастерье Дуба, погибший на летнем найме… И, совсем внезапно, — один из убитых мною пятерых крестьян… Дальше я никого я не видел ясно — разве что молодого парня с лицом, похожим на мое — то есть на лицо Лиса. А еще женщину, немного похожую на самого Ориса. Женщина — это мать Ориса, моя бабушка, мне про нее рассказывали. А молодой парень — Элис Коннах, мой дядя, на которого я похож так же сильно, как Герт похож на Ориса. Разве что Элис был не рыжим, а шатеном.
Дальше за ними сливались, постепенно теряясь в сиянии, другие люди, мужчины и женщины — бойцы, мастера, горожане… Откуда-то я знал, что те, кто стоят впереди — люди, лично знакомые с Орисом (наверное, его отец, Серис Коннах, там тоже был, но его внешность я угадать не мог: мне говорили, что ни один из сыновей не был особенно на него похож), а дальше — те, кого лично знали они, и далее, по цепочке. Все, кто не сдался в этой тьме, все, кто сражался с нею, ценой неимоверных усилий и упорства сохранив свою душу.
— Вперед, — указал я. — Вон туда!
И первый рванул сквозь душный, разрывающий на части хаос к серебряной границе света.
Внутри тьмы, что нас окружала, нарастал рокот, внутреннее сопротивление. Цепкая, упругая, она стремилась растерзать нас — и направляла против нас свои порождения, бесов или демонов, или кто их там знает. Факт, что они отличались от тьмы как таковой, и что они были силой примерно как перворанговые бойцы — мне приходилось сражаться с ними на самой грани моих умений. Но все-таки я побеждал их: одного, второго… сотого. Я побеждал их раз за разом, потому что не мог остановиться, не мог подвести тех, кто сражался рядом со мной! Не мог подвести тех, кого вел!
И мы добрались до серебряной полосы, упали в нее, как в чистую воду на рассвете. Полоса вдруг превратилась в равнину, рассеченную стеной. Здесь дышалось хорошо, легко, радостно, здесь не было и следа демонов — слава Творцу! В этой огромной стене сквозь сияние проступили ворота. Нет, Врата. И сияющая фигура перед этими вратами.
Мои друзья и родичи хлынули волной в приоткрытые створки, а я задержался — машинально, из вбитой десятилетиями привычки
— Стой, Лис Коннах! — фигура не дала мне пройти вслед за моими людьми.
— Что ты хочешь от моего сына? — спросил Орис. Он, оказывается, тоже задержался. Спасибо, папа!
— Хочу не я, — сказала фигура. — Он еще не выполнил то, ради чего его послали. Он должен вернуться.
— А! — воскликнул Орис. — Тогда другое дело!
И сам толкнул меня в грудь.
— Возвращайся!
— Возвращайся, Аркадий! — добавила серебристая фигура.
И превратилась в Сору, тянущую ко мне руки.
— Возвращайся, душа моя!
Я потянулся к ней в ответ — и тоже очнулся.
Я полулежал-полусидел на лежанке, если можно так сказать, когда ты располагаешься на животе, в наклонной позе. Да, так дышать гораздо легче! Как они это организовали вообще? А, множество мешков с песком или с землей, вот как. Сора сидела на корточках у моего изголовья. Все та же, усталая, растрепанная, с волосами от слез на лице, покрытом пылью и гарью.
— Возвращайся! — яростно воскликнула она. — Я не договорила!
— О… — пробормотал я. — Отличная шутка. Один-один!
И расхохотался, отчего меня тут же скрутил жестокий кашель и резкая боль в спине — дренажные трубки никуда не делись. Нет, не дело было не только в них! Вся спина взорвалась фейерверком крошечных болей.
— Спокойно, глава Коннах! — услышал я голос Иэррея. — Мастер Сорафия! Если бы вы могли не смешить его!
— Я не специально, — буркнула Сора. — Лис! Еще только попробуй потерять сознание — и я тебя!
— Да-да, знаю, сама убьешь, потом оживишь, потом еще раз убьешь, — пробормотал я, гадая, что это со мной только что было. Магия по-прежнему пульсировала во мне, и я торопливо направил ее на лечение легких, чувствуя, что яд понемногу поддается. То есть легкие все еще работали из рук вон плохо, но теперь я не проигрывал безнадежную битву — я начинал понемногу ее выигрывать, хотя все еще ценой колоссальных усилий. То есть я будто бы наполнял дырявую лохань водой, но вода вытекала уже медленнее, и у меня появилась надежда, что рано или поздно лохань заполнится.
— А я… правда только терял сознание? Не умирал?
