Читаем Форчекинг онлайн бесплатно
Он кивнул и вышел, я закрыла дверь на замок, подтащила к двери кресло и снова упала на кровать, не снимая платья.
Я не жалела, что высказала все Тимуру, но облегчения не наступало. Я утонула в воспоминаниях. В памяти всплыл наш с Максом разговор о книгах.
— Что ты читаешь?
Мы снова были у Макса, и я исследовала его книжные полки.
— Разное, — пожал плечами Макс. — Я люблю старую добрую фантастику. Обожаю погружаться в параллельные миры при помощи книг, это помогает скоротать время в переездах, перелетах и в залах ожидания.
Я понимающе улыбнулась, даже я застала бесконечные тоскливые часы в поездках на игры и сборы. Сейчас у Макса их вообще много. Я пробежалась по корешкам книг и заметила «Три товарища» Ремарка, из нее торчало множество стикеров-закладок, словно Макс помечал фразы, которые ему откликались. Я открыла наугад: «Ты только никого не подпускай к себе близко, — говаривал Кестер, — а подпустишь — захочешь удержать. А удержать ничего нельзя…» Тогда я взглянула на Макса и увидела боль в его глазах, а сейчас я все поняла. Эта фраза о нем и обо мне, я подпустила его слишком близко, отдала ему свое сердце и призналась в любви. Только он отказался это принимать. Ему оказались не нужны ни я, ни мои растрепанные, истерзанные чувства.
Двадцать тысяч сто шестьдесят мучительных минут я не видел Мишу, не слышал, как она смеется, не обнимал ее, не гладил ее волосы и не целовал. Двадцать тысяч сто шестьдесят минут назад я потерял лучших друзей и свою девушку. Если бы я не был таким мудаком, я бы объявил всему миру, что она моя девушка, я бы упивался тем, что можно больше не прятать наши отношения. Но я трус. Самый настоящий трус — из тех, кого презирал всю жизнь. Я вздохнул.
— Исаев, — обращается ко мне тренер низким голосом, который отдается эхом по всей арене, — ты сегодня утром нацепил чужие руки и ноги? Еле передвигаешься. Где твоя хваленая скорость?
Нужно выбросить Мишу из головы хотя бы на три часа, пока идет тренировка; потом спортзал, но вес можно поднимать и на автомате. Я кивнул тренеру и поехал на отработку упражнений. Концентрация на шайбе и скорости.
— Что с тобой такое? — донимал меня Ли в раздевалке. — Сам не свой последнее время.
— Все в порядке, — процедил я, натягивая худи, — тебе показалось.
— Как Мишель? — Кирилл массажировал икру. — Роберт, кстати, классный малый. Хорошо, что он приехал на твой день рождения.
— Ага, — промычал я, — действительно хорошо. — И, накинув капюшон, вышел в коридор, оставив Ли в середине разговора.
Никогда в жизни мне не было так плохо, как последние две недели. В сущности, у меня никогда и не было больших проблем: у нас всегда был достаток, у меня живы оба родителя, есть машина и квартира в Москве. Природа наградила меня приятной внешностью, так что страдать от чего-либо мне особо не приходилось. Даже ситуацию с родителями я не считаю очень ужасной. Кстати, на удивление, обстановка дома стала немного лучше после того, как приходила Миша.
Миша…
Мне было так больно внутри, что хотелось выть. Казалось, что кто-то оторвал от меня кусок и выбросил. Я почти не спал по ночам, мне не хватало Миши, к которой привык за считанные дни, а точнее, ночи. Привык к тому, как она закидывает на меня ногу во сне, как она неслышно дышит, как смешно сопит, когда я щекочу ее.
Я все время боялся, что потеряю своих друзей, а теперь, когда я потерял и их и Мишу одним махом, я кое-что понял. Ребята были для меня спутниками, а Миша стала целой вселенной. Я не могу жить без своих друзей, но дышать я не могу без Миши.
Я всегда старался делать все правильно, и вот каким-то образом разрушил все. Все, что только можно. Я предал дружбу Роба, которому обещал присматривать за его сестрой, предал Тима, не разрешая ему общаться с Мишей, а сам начал с ней встречаться. И предал Мишу. Как я восхищался ей, когда она признавалась в своих чувствах перед всеми и просила меня о малости — лишь быть честным и побороться за нашу любовь. Но я не смог. В тот момент я горел от стыда и был отвратителен сам себе, я не мог смотреть в глаза Робу, Тиму и Мише. Я был жалок. Господи, да я и сейчас жалок, спрятал голову в песок. И теперь у меня нет ни друзей, ни девушки.
После тренировки мне нужно было встретить маминого племянника, чтобы передать ему документы. Игорь редко бывал в Москве, и каждый раз приезжал на Красную площадь, чтобы послушать бой часов на Спасской башне, полюбоваться собором Василия Блаженного и съесть мороженое в ГУМе. Туда-то я и направлялся. С парковкой в центре сложно, поэтому я бросил машину и решил доехать пару станций на метро. Настроение было паршивое, несмотря на красивую новогоднюю Москву. Я вышел на «Лубянке» и решил пройтись, подышать воздухом и немного развеяться. Над Никольской парят новогодние огни, вспыхивают витрины магазинов и кафе, вокруг — гул голосов и смех, но мне все равно. Мне все равно, что через несколько дней наступит самый любимый Мишин праздник. Я не смогу быть счастлив, потому что ее нет рядом.
