Читаем Форчекинг онлайн бесплатно

— Черт, — простонал я и приложил руку к груди — сердце стучало не так, как оно должно работать в покое. Слишком часто и гулко. Не могу думать об этом сейчас.

Я постарался вернуть в свою голову светловолосую красотку, которая распахнула свои объятия, не задавая вопросов и не требуя ничего, кроме хорошего времяпрепровождения. Но никак не выходило. Я вздохнул и отправился на кухню, чтобы выпить воды. Дверь в комнату Миши была приоткрыта. Мой взгляд задержался на черном прямоугольнике открытого пространства, приглашающего засунуть нос в чужой частный мир. На секунду я замер, словно и в самом деле хотел заглянуть к ней. Но, мысленно одернув себя, я сделал шаг в сторону кухни. Из комнаты послышались скрип кровати, неразборчивый шум и слабый стон. Я замер, волоски встали у меня на шее. Прислушался. Снова скрипнула кровать и раздался негромкий вскрик. Мне показалось? Или Миша не одна? В висках часто и громко застучало, я схватился за стену.

Что еще за черт?

Стены перестали казаться осязаемыми, воздух вокруг уплотнился и перестал быть прозрачным. В одну секунду мышцы стянуло напряжением, и меня стала бить дрожь. Она притащила к нам в квартиру какого-то хлыща? Она сейчас с ним лежит в одной кровати? Он трогает ее? Они?.. Господи. От этих предположений я позеленел от ярости. Мысли беспорядочно скакали в безумной пляске, я еле держал себя под контролем. Все, с меня хватит, завтра же я позвоню Роберту и скажу, что снимаю с себя обязанности по заботе о его сестре. Пусть он забирает ее к себе и сам контролирует ее поведение. Она неуправляема. Возможно, все дело в гормонах, и у нее запоздалый пубертат, поэтому она бросается на каждого встречного как сумасшедшая. Но я не могу и не хочу с этим разбираться, оттаскивать ее от парней в парке или прикрывать ее, когда ей вздумается в следующий раз пробежать по Красной площади голышом. А я лично не могу и не хочу больше этим заниматься. У меня через неделю предсезонный турнир, потом сезон. Я должен быть сфокусирован и собран. Этот год обещает быть сложным, очень сложным. Мне придется каждый день доказывать на льду, что я достоин быть членом команды. Жуткое напряжение. А о какой концентрации может идти речь, если Миша постоянно выводит меня из себя?

Стоя в коридоре, я размышлял, как поступить, когда снова услышал стон. Все логичные действия, которые я обдумывал, — оставить ее в покое, например, — мгновенно испарились. Перед глазами запрыгали красные точки, я глубоко вздохнул, распахнул дверь и вошел в комнату, стиснув кулаки.

Свет из коридора выхватил фигуру девушки. Она была одна. Я в бешенстве осмотрел комнату, но не увидел никаких признаков того, что здесь был кто-то еще. Я нахмурился — что за?.. — но одновременно испытал облегчение. Руки и ноги стали ватными, а в горле появился неприятный комок подступающей тошноты.

Сделав несколько шагов, я заметил, что Миша лежит посередине кровати. Одеяло закрутилось вокруг ее талии, простынь скомкана под ногами, а голова сползла с подушки и была странно повернута на бок. Все же творилось что-то странное: я явно слышал стон и скрип кровати. Неужели я сошел с ума?

Я скользнул по ней более внимательным взглядом и заметил, что ее шея и лоб были влажными, от чего волосы около лба закрутились в небольшие колечки. Губы, неестественно красные и распухшие, были раскрыты, а белая майка на тонких бретельках задралась, обнажая живот. Я быстро опустил взгляд и замер. На ней не было ничего, кроме белых трусов. Господи, почему она не носит пижамные шорты? Я сглотнул и вернул взгляд на ее лицо. Зрачки под веками быстро двигались, брови сошлись на переносице, и она застонала, поворачиваясь на бок.

Вот оно что. Мое дыхание стало успокаиваться, давление в висках спало. Я хотел было уже развернуться и выйти, как вдруг заметил маленького серого зайчика — плюшевую игрушку, лежавшую рядом с подушкой. Заяц был милым, с нелепо длинными ушами и забавным пупком. «Какой же она еще ребенок», — подумал я и сделал шаг ближе, взяв зайца в руки. Я вспомнил ее — беззубую смешную малышку, прижимающую к себе эту игрушку.

— Я тоже буду играть в хоккей, — сказала она тогда мне. — Еще лучше, чем ты.

От этого воспоминания у меня внутри потеплело, плечи расслабились. Я присел рядом с ней на кровать и положил зайца на сгиб ее локтя, чтобы она обняла его, когда перевернется в следующий раз. Она пошевелилась, и ее майка задралась еще выше. Мой взгляд против воли задержался на небольшом полумесяце ее груди. Я почувствовал странное тепло внизу живота, подмышки стали чуть влажными, а в сознании всплыли воспоминания о ее недавней прогулке в полуголом виде.

Я выдохнул и вскочил с кровати. Какой-то кошмар. Тошнота, которую я чувствовал минуту назад, вернулась с новой силой. Волна омерзения захлестнула меня. Что со мной происходит? Я сижу и смотрю на спящую сестру моего друга, как какой-то маньяк. Более того, я испытываю желание. Мне стало нехорошо. Надо прекращать подобное времяпрепровождение.