Читаем 24 (СИ) онлайн бесплатно
— Да. — Теперь Люций мог лицезреть, как она встаёт на корточки и сгибается над бумагами. И, по полноте обзора, это был даже не первый ряд, это была чёртова королевская ложа!
— Я нашла, это здесь, — Вики потянула собеседника за рукав, мол, иди сюда, — Мелисса Картер, в девичестве Бассул. Развелась с владельцем медицинской компании буквально за пару месяцев до его банкротства, и тут же выскочила замуж за Хальдена.
— То есть покойник не только компанию увёл, но и бабу.
— Ещё не всё! — Палец вонзился в строчку. — При разводе Мелисса захапала дом, прислугу, приличную сумму на содержание ребёнка и — ну только оцени старания её адвоката! — раритетную тачку мужа!
— Рад за неё, но нам это что даёт?
— Не знаю, — она села на пол, и он повторил движение, снова вжимая ногу в её бедро. Касаться хотелось люто. И ладно бы только касаться… — Давай, может, про свежее убийство. Что ты там видел?
— Всё то же самое, Уокер.
— Она занималась проституцией, — девушка нахмурила лоб, и там тут же пролегла умная морщинка, — это всегда опасно.
— Шлюх так не убивают. — Не на Земле.
— Согласна. — Короткий кивок в его сторону. — Чаще всего они становятся случайными жертвами — передозировка, бандитские разборки, лихая пуля. Покалечить могут, исполосовав лицо или отрезав соски́, но это в целях устрашения.
— А здесь словно ритуал, да? — Он и без неё уверен, что ритуал. Но хочется натолкнуть Вики на мысли, которые взбудоражат память.
— Ритуал? Почему бы и нет. Ритуал и, возможно, месть. Ей же как будто мстили за то, что она…
— Прелюбодействует.
— «Не прелюбодействуй».
— Нет, извини, у меня другие планы.
— Ты — идиот? Это одна из заповедей.
— Заповедей?
— Леонард, десять заповедей Христианства.
— А, ну да, конечно. — Конечно он не в курсе. Земные религии всё переврали, и сыну Сатаны такое не по вкусу.
— Минуточку! — Виктория присвистнула, — а что, если это и есть десять заповедей?! Раввин работал по субботам, потому что жить в доме на Аляске настоящим бобылём — это ежедневный труд. Джорджина? Тут всё понятно. Рейдер этот… сейчас… как же там было… — она не крещённая, но в её детстве была поездка в католический лагерь скаутов, там и нахваталась, — «Не возжелай жены и дома, и вола, и раба ближнего твоего…».
— А характер травм — намёк.
— Да, Леонард! Точно! Работа в частном доме — это работа на ногах. А фантазировать о чужих имуществе и женщине — то, за что отвечает голова! — Ощутив себя Пинкертоном, Вики всплеснула руками в темноте и почувствовала, как что-то хрустнуло. — Я тебе что, НОС СЛОМАЛА?!
— Всего. Лишь. Очки. — Спектакль окончен. Он распахнул глаза.
— О Господи! — Женщина выронила мгновенно потухший мобильник, отшатнулась к стене и начала подниматься, хватаясь за ту ладонями. — Что… с ними?!
— Редкий вид гетерохромии. — Вот не зря ведь гуглил диагноз, оспаривая свой «бан» в Гугле.
— Это… это как?
— Это когда цвет радужек разный. Или странный. Как у меня. — Судя по голосу и расположению двух горящих красными кострами точек, Смит не сдвинулся с места.
— Не зараз-зное? — От страха Виктория икнула: и дело не в гетерохромии, а в том, что девушка знала, перед ней не болезнь.
— Нет. — Короткое такое «нет», после которого радужки пропадают.
Ни одному его слову она не поверила, это видно. Ровно поэтому Люций закрывает глаза и исчезает для Вики, потому что на небе ни луны, ни звёзд, и весь район обесточен.
Оружие Уокер хранит в верхнем ящике комода, а до того два шага, это меньше секунды. Открыть и достать — ещё пять.
Она успеет.
Должна успеть.
— Ни с места! — Лишь в развороте художница понимает, он прямо за спиной и пистолетное дуло утыкается в широкую грудь.
— Даже не собирался уходить. — Полыхающие глаза очень близко, и избежать сравнений с адским пламенем Вики не в силах.
— Кто ты? — Рука у неё предательски дрожит, но сама тяжесть Глока придаёт уверенности. — Кто ты, мать твою?!
— Ты. Знаешь. Кто. Я. — Он сосредоточено проговаривает каждое слово.
— Смит? Британец? Человек из Интерпола? Агент ноль-ноль-съем? — Криминалист перехватила пушку поудобнее. — Лжец! Каждое слово — ложь. От твоего места рождения до гетерохромии.
— Ты знаешь, кто я, Виктория. — Шаг вперёд оказался молниеносным, не человеческим, но она успела изменить положение ладони и приставила дуло к плечу.
— Я прострелю тебе лучевую кость, если ты не скажешь, кто ты!
— Ты можешь даже убить меня. Но не пройдёт и минуты, как я войду в твою дверь.
— КТО ТЫ?!
— У меня будет другое лицо…
— ОТВЕЧАЙ!
— И, скорей всего, другой возраст…
— КЛЯНУСЬ! — Послышался шум взводимого курка, — Я СДЕЛАЮ ЭТО!
— Но ты всё равно узнаешь меня. Ты узнаешь меня по глазам. И по этим своим ощущениям под кожей. Словно щекочут изнутри, да? — Бесноватым, бегущим по её венам шёпотом.
— СКАЖИ МНЕ, КТО ТЫ!
— Либо стреляй, либо признавай — ты знаешь, кто я!
— СМИТ!
— Нет!
— ЛЕОНАРД!
— Нет!
— НЕЗНАКОМЕЦ!
— Нет, Непризнанная!
— Как ты… — она подавилась всхлипом. — Я… откуда я тебя знаю?.. Твоё имя?.. Чёрт… твоё имя…
