Читаем 24 (СИ) онлайн бесплатно

— Что будете заказывать? — За барной стойкой, куда они присели, возникла улыбчивая женщина в переднике. — Чай? Кофе? Газировку?

— Мне — ничего, ей — кипяток с лимоном.

— Откуда?! У-ух! — Вики поняла, он навёл в отделе справки. Или просто услышал краем уха, потому что о её нелепом пристрастии любят шуткануть у каждого кулера: «Однажды Уокер выпьет Мировой океан и слопает все лимоны». — Леонард, ты — шпион.

— Всё может быть. — Он кинул перед ней папку. — Начни с фотороботов.

Виктория послушалась, ловя себя на мысли: ей хочется ему перечить, но, по итогу, слушаться. Глупые, конечно, мысли, но участие в деле того стоит.

— И что? — Она пролистала все портреты, включая тот, что был нарисован ей. — Это восемь совершенно разных людей — рост, возраст, цвет волос, особые приметы. Никаких совпадений.

— А если я скажу, что всё это — наш преступник и он действует один?

— Так не бывает, — девушка зашелестела рисунками, выбирая подходящие, — смотри. — Как вдруг поняла, Леонард соскользнул с барного стула и оказался у неё за спиной — с таким-то ростом немудрено, ему удобно нависать глыбой. — Грим можно наложить любой. Правило ушных раковин давно не работает. Как и надробвных дуг, челюстного каркаса и так далее… Изменить можно всё, включая возраст. — Даже странно, что Смит не сутулится: длинноногие хлыщи вроде него часто горбят плечи. — Но есть кое-что, что нельзя исказить кардинально. Это…

— Рост.

— Десять из десяти! — Художница потрясла двумя фотороботами. — Вот здесь, в показаниях, указано, что мужчина был ростом семь футов, а в этих — что сто шестьдесят три сантиметра. Это будет?.. — Она покусала губу, вспоминая европейскую метрику.

— Пять футов, Виктория, — его голос раздался у самого уха, и ей почудилось, что Смит втянул носом воздух. Он что, её волосы нюхает? Нет, извините, она не с самолёта и не спешила мыться и переодеваться к повторной встрече, там нечего вынюхивать.

— Да, спасибо. — Вики крутанулась на стуле к спутнику, неожиданно оказываясь лицом к лицу. Леонард тут же положил ладони на стойку за её спиной, явно наслаждаясь тем, что теперь она «взаперти». — Два фута — очень большая разница. Преступник на каблуках? Это даже не смешно. — Женщина перешла на шёпот: говорить привычным тоном, когда он склонился так близко, не имело смысла. — Ну и по мелочи: слишком разное телосложение. В одних показаниях он спортивный качок, в других — грузный коротышка, в третьих — тонкокостный юн… Леонард, ты не мог бы убрать руки? Я понимаю, что лёгкий флёр романтики ещё ни одному делу не вредил, но тебе завтра улетать, а мне через месяц выходить замуж. — Господи Боже, зачем она всё это говорит и повторяет, размахивая своим грядущим браком, как флагом?!

— Ещё что-то заметила? — Натянутая улыбка была короткой. Мужчина тут же отвернулся и сел на место, поправляя очки.

— Да, минуту, — Уокер снова углубилась в изучение. — Глаза…

— Что с ними? — Он занервничал. Может у него посттравматический синдром?

— Не во всех свидетельских показаниях есть информация про цвет глаз, но в трёх я нашла. И цвет там совпадает!

— Потому что это один и тот же тип.

— Нет-нет, — она затрясла копной волос, — так не бывает. Я же сказала, что…

— Вики Уокер, давай просто предположим, что я точно знаю, что это один… кхм… человек, который способен менять внешность от и до, но не может изменить цвет радужек.

— А количество убийств соответствует числу фотороботов? — Виктория задумчиво уставилась в декоративные клёпки на мужской куртке. Те были блестящими и чудовищно некстати напомнили звёздное небо. В Детройте такого не бывает. Из-за вечного смога звёзды тут видят ещё реже, чем солнце.

— Да. Убийств восемь.

— То есть некто совершает преступления и каждый раз показывает себя разным свидетелям? Почему?

— А почему кот лижет яйца?

— Потому что может.

— Вот и он может.

— Зачем себя выдавать?

— Ему всё равно. Он знает, что сменит внешность. И не ищет подходящего времени, чтобы не быть замеченным.

— И ты, конечно, не скажешь, откуда это известно?

— Конечно не скажу.

— Это как-то связано с теми военными событиями… — она склонилась навстречу, полагая, что люди в Интерполе не разглагольствуют о своих делах на каждом углу, и Смит тут же подался вперёд, словно ждал, — …упомянутыми ранее?

— Возможно.

— Лютер? Лука?

— Ты его любишь?

— Что-о-о? — Её глаза стали очень круглыми, это вечно придавало лицу Вики глупое выражение, которое она терпеть не могла, но и вытравить не умела. — Кого?

— Своего жениха. — Как вышло, что пять минут назад кафетерий был полон людей, а сейчас всех ветром сдуло, Уокер не поняла, просто зафиксировала факт — столики опустели, а женщина, разливающая напитки, скрылась на кухне.

— Я выхожу за него замуж.

— Я не спросил, что ты делаешь, я спросил, что ты чувствуешь.

— Это не деловой разговор.

— Угадывать моё имя — тоже.

— Брейк! — Она было дёрнулась к папке, но в её подбородок, фиксируя положение, нахально впились пальцами.

— Я не ответил, и это уже ответ. Теперь твоя очередь.