Читаем Зигзаг у дачи онлайн бесплатно
Вначале кольцо невесты надели жениху, потом мне – кольцо Виталия, а затем священник трижды поменял их в знак того, что в браке каждый из супругов передает власть над собой другому. Интересно, но раньше я даже никогда не думала о том, что обручальное кольцо – это просто перстень, который всегда был знаком именно власти.
Готовясь к свадьбе, я много читала о правилах и обычаях обряда, а потому знала, что раньше у невесты было серебряное кольцо, а у жениха золотое, что соответствовало словам апостола Павла, которые читаются на венчании, о том, что муж является главой жены, как Христос – Церкви, но вместе они составляют одно тело, один организм, причем навечно, о чем также говорят своей формой кольца. Теперь же оба кольца были одинаковыми, у нас – из белого золота. Виталий хотел, чтобы наши обручальные кольца украшали бриллианты, хотя бы по одному, но я запретила, считая, что лучше проявлять скромность. Мне вполне хватало и своего помолвочного кольца, на которое обращали внимание все без исключения.
Снять его я не могла из какого-то глупого суеверия, а потому, входя в зал судебных заседаний, всегда поворачивала камнем внутрь, все тем же бриллиантом, который периодически царапал мне ладонь.
В тот момент, когда гладкий прохладный ободок скользнул мне на палец, да так там и остался, я вдруг испытала ощущение полного единства со стоящим рядом Мироновым. Во мне окончательно окрепло убеждение, что Бог не просто соединил нас в качестве супругов, а доверил нас друг другу на всю оставшуюся нам на этой земле вечность.
Свои неожиданные эмоции я отмечала словно со стороны, чтобы как следует запомнить их, а потом обдумать и прочувствовать еще раз, закрепить в памяти навсегда. Священник совершил молитву, в которой пред Богом вспомнились многочисленные случаи из Священного Писания, когда возложение перстня являло надежный залог верности принятому решению, после чего мы прошли за ним в центр храма. Перед нами несли свечу, хор пел псалом, мы встали на расстеленное белое полотенце, которое, как и платье невесты, символизировало чистоту вступающих в брак.
Вспомнив, что официально я третья жена Миронова, что у меня есть дочь от другого мужчины, а у нас общий ребенок, я легонько вздохнула. Ну почему я не встретила этого человека в свои восемнадцать лет. Тогда все в моей жизни повернулось бы совсем иначе. Хотя тогда у меня не было бы Сашки. Да и вообще, ни одного дня из своей жизни, временами непростой, я не согласилась бы поменять. Все они были мои, до последней минутки.
Таинство продолжалось. Священник обернулся к нам лицом и начал произносить напутственное слово о тайне супружеской жизни и ее духовном смысле. Как сквозь сон я слушала советы о том, как сохранить и преумножить ту любовь, которая существовала между нами, в различных жизненных испытаниях, разумеется, неизбежных. Меньше всего сейчас мне хотелось думать об испытаниях.
– Имееши ли произволение благое и непринужденное, и крепкую мысль взять себе в жену ту, которую перед собой видишь? Не обещался ли иной невесте? – спросил священник у Миронова.
Тот заверил, что совершенно свободен, а его намерение взять меня в жены крепко как никогда. Затем на тот же самый вопрос ответила и я. Мне показалось, или мой возлюбленный едва заметно выдохнул? Неужели он в глубине души боялся, что я в последний момент передумаю? Да еще так экстравагантно, в храме, прямо во время венчания, на глазах у нескольких десятков человек? Что ж, я с радостью дала церковный обет святого венчания. И радость эта была искренней.
Затем были произнесены три молитвы, поминающие многих святых супругов, от Адама и Евы до Захарии и Елисаветы, родителей Иоанна Крестителя, а также Приснодеву Марию.
– Благослови их, Господи Боже наш, якоже благословил еси Авраама и Сарру!.. Сохрани их, Господи Боже наш, якоже сохранил еси Ноя в ковчеге!.. Помяни их, Господи Боже наш, якоже помянул еси Твоих 40 мучеников, низпослав им с небесе венцы, – чуть нараспев говорил священник.
Помню, изучая описание обряда венчания, я удивилась тому, что в столь радостном чине вспоминают мучеников и их страдания. Оказалось, что это делается в знак того, что мученики не отказались от любви Христовой и перед лицом смерти, но показали в страданиях совершенное терпение, зная, что оно рождает любовь. И брак, как обретение единства все-таки двух разных людей, по мнению Церкви, вполне сродни мученическому подвигу, добровольной жертве самим собой ради другого, о чем и свидетельствует возложение венцов, поскольку их Господь возлагает на мучеников.
Что ж, этот торжественный, кульминационный и очень сокровенный момент наступил. На головы жениха и невесты, то есть мою и Виталия, возложили венцы с призывом Божьего благословения. Мой венец держала Натка, тоже напрочь утратившая свою смешливость, серьезная и даже насупленная, а венец Виталия – его друг еще с институтских времен Алексей Логунов. Служил он врачом на кораблях дальнего плавания, так что сегодня я видела его впервые, хотя и много слышала о нем. На нашу свадьбу он приехал, отпросившись из рейса.
