Читаем Зигзаг у дачи онлайн бесплатно
Признаться, чего-то подобного Сашка действительно ожидала. В прошлом году она делала стрим на тему элитных подмосковных поселков. И «Жуковка 21», о которой упомянул сейчас Тимофей, стояла там на первом месте. Расположенная в девяти километрах от МКАД по Рублево-Успенскому шоссе Жуковка имела формат бутика с охраной уровня гособъекта и жильцами, которые могли приобрести здесь дом только по личной рекомендации соседей. Со своим спа-комплексом, гастрономическим клубом и арт-резиденцией она гораздо больше соответствовала Валерию Барышеву, чем глухой дом в лесу.
К примеру, как знала Сашка от хорошо информированного Виталия Миронова, именно в «Жуковке 21» построил свой дом с подземным гаражом на десять машин и комнатой для коллекции винтажных часов один из крупнейших цифровых предпринимателей страны.
– Ну почему именно в Жуковку? – она решила не сдаваться так просто. – Может, в «Миллениум Парк» или «Клуб Две тысячи семьдесят один».
– В «Миллениум Парке» я бывал, – кивнул Тимофей. – Там живет папин друг и одноклассник. Он профессиональный инвестор, а это место вообще популярно именно у них, а еще у владельцев IT-компаний. На Новорижском шоссе построены дома в стиле неоклассики, от четырехсот метров каждый. Из прекрасного там – озера на каждом участке, но наша речка ничуть не хуже.
– Ну, собственного гольф-клуба и школы верховой езды у вас тут нет.
– Чего нет, того нет, – Тимофей снова рассмеялся. – А нам и не надо. Я же говорю, папа с мамой не так часто сюда приезжают. И вообще они выкупили эту землю, потому что когда-то тут располагалась деревня, в которой родилась и выросла моя бабушка. И маму сюда на лето часто привозили. Потом деревня начала хиреть, а приватизация уже шла полным ходом, и папа потихоньку скупил все оставшиеся дома. За хорошие деньги скупил, ты не подумай.
– Я и не думаю.
– И сделал такое мини-поместье, без соседей. С одной стороны река, с другой лес. Никакого тебе гольф-клуба, шума и пафоса. И ехать относительно недалеко. И дорога более или менее свободна. А всякие панорамные фитнесы, архитектура от международных бюро и роботизированная охрана никому в нашей семье не нужна.
– То есть вертолетную площадку, чтобы добираться до центра Москвы за двенадцать минут, как владелец одного из медиа-холдингов, живущих в «Клубе Две тысячи семьдесят один», твой отец строить не стал? – подколола Александра.
Выделывалась она больше по привычке. Место ей нравилось и открывшийся взгляду дом, может, построенный и не международным бюро, но явно не студентом-архитектором, тоже.
– Нет, она ему не нужна. И престижные места обитания типа «Барвихи Хиллс», где кичатся тем, что живут рядом с резиденцией Президента, историческим флером и ландшафтной роскошью, ему не нужны тоже.
– И что, тут даже охраны нет? – не поверила Сашка.
Тимофей снова пожал плечами.
– На постоянной основе нет. Про это место мало кто знает, только самые близкие и проверенные люди. Ты же видишь, что добраться сюда не так-то просто. Никаких указателей нет. Соседей тоже. Когда отец приезжает, с ним, конечно, находится и охранник. А нам с мамой они не положены, да и ни к чему.
Сашка поймала себя на мысли, что ей уже хочется посмотреть на этого легендарного Валерия Барышева, который, оказывается, не только фантастически богат и умен, но еще и так же фантастически скромен в быту. Она передернула плечиком.
– Пошли смотреть твои кактусы.
Тимофей привел ее к дому, где чуть сбоку от центрального входа располагалось что-то, напоминающее альпийскую горку, но засаженное исключительно кактусами.
– Вот пару лет назад, я тогда еще на втором курсе учился, я получил замечательный подарок из Канады – от известного коллекционера зимостойких суккулентов госпожи Випрехт. Я в интернете прочитал, что в ее огромной коллекции, расположенной в провинции Альберта, известной своими достаточно суровыми зимними условиями, сопоставимыми с нашими, собраны практически все известные дикорастущие и культурные формы холодоустойчивых кактусов. Я написал ей письмо и получил несколько посылок, а в них черенки двадцати зимостойких опунций. Среди них был вот этот, смотри, это сорт «Николай», созданный самой госпожой Випрехт и названный в честь нашего соотечественника, пермского кактусовода Николая Васильевича Богословского. Несмотря на то, что посылки проделали долгий путь, все черенки укоренились и положили начало этой кактусовой горке.
Сашка смотрела во все глаза.
– Я всегда считала, что кактусы – тропические растения, – призналась она. – И в нашей средней полосе их можно выращивать только в комнатах и теплицах.
– Это не совсем так. Кактусы могут выжить даже при минус тридцати, но только в сухом состоянии. Так что смертельны для них именно наши слякотные зимы с оттепелями. Вот, смотри.
Он наклонился и показал Александре ветвистый кустик с мягкими светло-зелеными «пальчиками». Выглядел он очень изящно.
