Читаем Зигзаг у дачи онлайн бесплатно
– А что не так? – Горелов искренне не понимал злости, которая звучала в помеловском голосе. – Свадьба не в Москве, так он заказал самолет и оплатил гостевые дома для всех, кто прилетает. Даже на дорогу деньги тратить не надо, не говоря уже о том, что все их друзья – люди небедные. Как, к слову, и вы.
– Да куда уж нам с бизнесменами тягаться, – фыркнула Мария Николаевна. – Конечно, зарплата судьи достойная, но и жизнь нынче недешева, а при детях особенно. Так что раскидываться деньгами я не собираюсь.
– Так ведь тут и не надо.
– Пять дней вырвать из собственной жизни ради чужой свадьбы? Это, знаешь ли, тоже не пустяк. Думали бы о людях, устраивали бы свадьбу в Москве. На церемонию съездил, поздравил молодых, которые не молоды, а завтра уже можешь своими делами заниматься. А не время между двумя оплаченными самолетами терять понапрасну. Урожай, знаешь ли, сам себя не соберет и не переработает. У меня и на даче дел полно.
Открывшаяся Дмитрию Горелову истина оказалась так громадна и ослепительна, что он даже зажмурился. И как это он раньше не понял и не сообразил, в чем, собственно говоря, дело. Да она же просто завидует. Мария Помелова завидует Елене Кузнецовой. Они дружили много лет, на протяжении которых Мария Николаевна была более успешной и удачливой.
У нее был муж и двое сыновей, которые трогательно заботились о единственной женщине в своей семье, в то время как Елена Сергеевна в одиночку растила дочь и тащила на себе все тяжести быта. У Помеловой была собственная квартира, в то время как Кузнецова жила в служебной, предоставленной судом. Елена никогда не была замужем, не купалась в мужском внимании, не показывала всем, какая она отличная хозяйка, у которой и помидоры родятся, и закрутки получаются загляденье, и пироги пальчики оближешь.
И вот в одночасье все поменялось. «Бедная» подружка готовится к красивой свадьбе и венчанию с очень состоятельным, а главное, искренне любящим ее человеком. У нее подрастает второй ребенок, она живет в центре Москвы в элитной квартире, может не считать денег и снять на свадьбу замок на берегу моря и частный самолет для гостей. И Мария Николаевна никак не может в глубине души с этим смириться, хотя ни за что не признается в этом вслух.
Горелов даже засмеялся от сделанного им открытия. Боже, как же все это нелепо. Елена Сергеевна, как никто другой, заслуживает счастья, и лучшая подруга должна бы искренне радоваться ее удаче, а не завидовать. Вот отчего она даже кофе пить больше не ходит, а если и ходит, то все время говорит Елене Сергеевне гадости. Стыдобища какая-то, честное слово.
Интересно, а Елена Сергеевна понимает, какие чувства лежат в основе охлаждения их отношений? Или искренне недоумевает от произошедшей перемены? А может быть, она вовсе об этом не думает? Ответа на этот вопрос у Дмитрия не было.
– Мария Николаевна, это, конечно, ваше личное дело, но мне кажется, что это неправильно, – как можно мягче сказал он, прекрасно осознавая, что делать замечания судье Помеловой все-таки не имеет права.
Они коллеги, а не друзья, и Мария Николаевна много старше его.
– Что именно? – Она высокомерно посмотрела на него, видимо готовясь встретить в штыки любое сказанное слово.
– То, что вы не поедете на свадьбу. Елена Сергеевна – лучшая ваша подруга. Вы много раз это говорили. Вы знаете, как ей тяжело было все эти годы, и о том, что ее отношения с Виталием Александровичем складывались непросто, знаете тоже. Конечно, ей очень повезло, что она встретила на своем жизненном пути Миронова, но вы, на правах подруги, должны искренне радоваться такому везению. Ведь она все это время всегда радовалась вашим достижениям, и успехам мальчишек тоже.
Лицо Помеловой вдруг исказилось, как будто она собиралась заплакать.
– Жизнь, Димочка, штука полосатая, – проговорила она срывающимся голосом. – Когда-то я закрутки со своего огорода Ленке отдавала, потому что им с Сашкой было в прямом смысле есть нечего. А сколько раз она на моем плече плакала, когда ее мужики ей нервы мотали? Один Говоров чего стоил? А я выслушивала и утешала, понимая, что у меня мой Игорь есть и мальчишки. Я словно за каменной стеной себя ощущала, так почему бы и не пожалеть горемыку. А сейчас что?
– А сейчас что? – тупо повторил Дмитрий, понимая, что на него вот-вот низвергнется лава чужих откровений.
Он чувствовал себя неуютно, потому что для мужчин в целом мало свойственно быть чьей-то жилеткой. А уж в этой ситуации и подавно.
– А сейчас Лену любят, балуют, в деньгах купают, еще и венчание это, – Машка не выдержала, всхлипнула. – Она теперь до конца жизни будет в полном шоколаде. А у меня мальчишки выросли. В следующем году старший школу закончит, а младший еще через год. Нужно думать об институте, причем платном. На бесплатное-то нынче такой конкурс, что не поступишь, тем более что они у меня оба далеко не отличники. А если не институт, то армия. Я все слезы уже выплакала.
