Читаем Зигзаг у дачи онлайн бесплатно
В ближайшую субботу Натка вместе с Таганцевым собиралась отвезти детей к Сизовым, минимум на месяц. Что может быть лучше июля в деревне? А потом они все вместе отправятся в Калининград, чтобы совместить отдых, пусть и на Балтийском, но все-таки море, со свадьбой Лены и Виталия.
Мысли Натки тут же переметнулись на очередные красивые картинки – вот она держит венец над головой взволнованной Лены в храме, а вот уже они в ЗАГСе, где нарядная Настенька несет шлейф невесты, а Сенька, одетый в парадный костюм, с прилизанными волосами, подает коробочку с кольцами. Хотя нет, ЗАГС вроде должен быть перед церковью, а не после. Хотя какая разница, сути дела это не меняет.
Ой, еще же надо купить тот самый подходящий костюм. И платье Насте, да и себе. Как сестра и свидетельница невесты, Натка просто обязана выглядеть хорошо. И быть в зале самой красивой. Ну после невесты, конечно. В последнем она немного кривила душой, считая, что окажется ослепительнее Лены. Если с платьем повезет, конечно.
От приятных размышлений ее отвлек звонок в дверь. И кто это может быть? Ранним будним утром Натка никого не ждала. Звонок повторился. Был он громким, резким, настойчивым. Натке вдруг пришло в голову, что такой звонок является предвестником беды, и она испугалась. Вдруг Сенька попал под машину?
Она опрометью бросилась в коридор, дрожащими руками едва справилась с замками и распахнула дверь. За порогом оказались супруги Сизовы, обставленные какими-то сумками и чемоданами. Лица у них были несчастные. Василий Петрович будто окаменел, а Татьяна Ивановна плакала. Натке пришло в голову, что их дом сгорел во время пожара.
– Что-то случилось? – быстро спросила она. – Пожар? Вы целы? Да проходите же в квартиру, что вы топчетесь, словно неродные.
Ей показалось или лица у обоих стариков стали чуть менее напряженные? Татьяна Ивановна переступила порог, кинулась Натке на шею, зарыдала в голос. У Натки сразу промок ворот халата, который она с утра еще не успела переодеть. Василий Петрович начал деловито затаскивать в квартиру свои котомки.
– Беда у нас, Наташенька, – сквозь слезы выговорила Татьяна Ивановна. – Такая большая беда.
– Пожар? В деревне? Только ваш дом или еще кто-то пострадал?
Мелькнула предательская мысль, что от своего домишки она избавилась очень своевременно. Из-за ветхости его даже не страховали. Подсчитывала бы сейчас убытки без всякой надежды на новую дачу. Все-таки интуиция у нее развита будь здоров. Могла бы в МВД работать не хуже Таганцева.
– Нет, не пожар. Никто не пострадал, только мы, – Татьяна Ивановна снова горько расплакалась.
Ничего не понимающая Натка приняла решение.
– Так, проходите на кухню, садитесь за стол. Я буду поить вас чаем. Сначала нужно как следует напиться чаю, а потом вы мне все расскажете. С самого начала, потому что иначе я ничего не понимаю.
Старики прошли на кухню, в полном молчании уселись за стол, Натка захлопотала, бодро снуя между столом, холодильником и плитой, накрывая на стол. Булка, масло, сыр. Так, конфет нужно добавить в вазочку. Вчера дети все съели, а Татьяна Ивановна любит конфеты. И варенье. Кажется, в холодильнике оставалось прошлогоднее, вишневое, сваренное той же Татьяной Ивановной из вишни, что растет у Сизовых в саду. Было еще малиновое, но его за зиму съели.
Щелкнул чайник, интеллигентно извещая, что вскипел. Натка споро заварила чай, разлила по чашкам, поставила перед стариками. Пододвинула сахар. Сизовы синхронно потянулись за чашками, сделали по глотку. Они по-прежнему молчали, а еще дрожали, мелко-мелко, словно их сковал неведомый холод, достигший самого сердца. Ой, варенье же. При виде вишни Татьяна Ивановна, только успокоившаяся, снова горько заплакала.
Скорую, что ли, вызвать? Настоящая истерика же у старушки.
– Нас выгнали из дома, – наконец смогла выговорить она сквозь слезы.
– Простите, что? Как выгнали? Кто? Почему?
Татьяна Ивановна вытащила какую-то папку, из которой посыпались бумажки: извещения, требования, уведомления о выселении, постановление о… (Натка глазам своим не поверила) сносе дома. Того самого, уютного, чистого, с любовью обустроенного дома, в который Сизовы вложили все свои деньги от продажи московской квартиры.
– Земля наша приглянулась какому-то большому человеку. Говорят, то ли министру, то ли замминистра, – тяжело дыша, начала объяснять Сизова. – Он вроде как из наших мест. То ли сам в Красных Холмах родился, то ли отец его тут жил, то ли дед. Не знаю я деталей. В общем, решил он родовое гнездо восстановить.
– А вы-то тут при чем? – не поняла Натка. – Что, в нашей деревне другой земли нет, кроме вашего участка?
– Да в том-то и дело, что размах у него королевский. Ему пятнадцати соток для жизни мало. Нужно не меньше гектара. В общем, он три участка соседних купил, один из них твой, Наташенька. К нам-то тоже приходили, ты же помнишь, да мы отказались продавать.
