Читаем Вианн онлайн бесплатно
Когда я спустилась утром на кухню, там никого не было. Ги и Махмед, наверное, еще спали. Стефана не было в его комнате. Я решила, что он уже отправился по своим делам. Я сбегала в пекарню за свежим хлебом и круассанами, наспех позавтракала в одиночестве, схватила коробку своих последних шоколадных творений и вышла на ветреные улицы в поисках Сирано.
Я точно знала, куда идти. Я следовала тому же маршруту, села на тот же автобус, прошла той же дорогой по кладбищу, мимо Собора тишины. Меня немного удивило, как органично он вписывается в некрополь. Узоры арок напоминали футуристичные космические капсулы. Его размер меня тоже удивил. Целый город мертвых со своими улицами, переулками и трущобами, многоэтажное общежитие для двухсот тысяч покойников. Все ниши одинаковые; пять корпусов почти не отличаются от обычного жилья, но лишены индивидуальности: занавесок на окнах, горшков с цветами на балконах, мусора у дверей – хаотичных признаков жизни.
Здесь почти до неприличия чисто, от крытых галерей до центрального двора, и совсем нет посетителей. Нет ни цветов, ни убранства, ни подношений от близких. Мертвые здесь равны: каждому положены только имя и даты на одинаковых табличках. Мне это кажется странно трогательным, и все же я понимаю, почему Луи не хочет приходить сюда. Горе не демократично. Горю нужны жесты. Горю нужна иллюзия уникальности, вечности.
Я думаю о прахе своей матери, который я развеяла по ласковому ветру над заливом. Огненные узоры фейерверка над головой; крики ликующей праздничной толпы. Помню, я еще задумалась, сколько людей поступили так же с останками своих близких; сколько тайн хранит Гудзон в своей темной глубине? На самом деле все мы одинаковы, правда, Луи? Мы хотим верить, что отличаемся от других. Хотим верить, что наши близкие особенные, уникальные; что от них останется не только пепел. Но все мы состоим из углерода – и звезды, и пепел, и уголь, и алмазы. И все мы в конечном счете станем звездной пылью.
Могила Эдмона Ростана – это семейное захоронение, пришедшее в такое запустение, что надпись на простом каменном кресте едва различима. Ростана всегда высмеивали за марсельское происхождение: литературный мир не простил ему того, что он был уроженцем этого города. Его могила находится в ряду элегантных надгробий в стороне от главной аллеи. Она совсем скромная по сравнению с мавзолеем, который скрывает меня от глаз Луи. Если бы не Луи, я бы ее не заметила; на фоне соседних могил она выглядит тусклой и довольно невзрачной. Мраморный крест, под ним свиток и невысокий каменный пьедестал, на котором сейчас лежит одинокая роза. Луи здесь, в своем выходном костюме, который вовсе не предназначен для церкви. Сидит у подножия креста и тихо читает из книги:
Я не слышу слов, но знаю их наизусть. Последнее любовное письмо Сирано, полное невысказанной тоски и боли утраты. Слова, похожие на тихий плеск реки в ночи и искры фейерверка вдалеке. Бедный Сирано, думаю я. Бедный Луи.
Бедная Маргарита. Я вижу ее как наяву. Вижу, как ей хочется любить и быть любимой безо всяких условий. Эту женщину любили двое мужчин, но ни один из них не понимал ее. И теперь Луи придерживается заведенного ритуала – Луи, который презирает магию, – а Эмиль следит из-за кулис, чтобы Луи навсегда застрял в прошлом и не испытал ни мгновения счастья. Вот какую горечь он таит. Я видела это в паре над его чашкой, в его цветах, когда он попробовал мою розовую помадку. Я пока не понимаю, как мне может пригодиться это знание. Мама никогда не поощряла мое умение заглядывать в души людей.
– Вианн? Что ты здесь делаешь?
Наверное, я пошевелилась. Я вышла из тени гробницы и приблизилась к могиле Ростана.
– Я знала, что найду тебя здесь. Сегодня День Всех Святых.
Он повернулся ко мне, полный злости и удивления.
– Ты следила за мной?
– Я знала, где ты будешь. Хотела подарить тебе кое-что.
Я достала коробку из кармана.
– Что это? Очередное пресс-папье?
– Я сама изготовила формы. Мне хотелось почтить память Марго. Ее рецепты многому меня научили. Я хотела отблагодарить ее.
Я увидела, как он окаменел. Он всегда настороже, и все же ему хочется хоть на секунду расслабиться. Некоторым мужчинам сложно доверять другим, потому что их доверие предали. Некоторым – потому что они сами предавали.
– Она мертва, – тихо сказал он. – Что бы мы ни делали, это ее не вернет.
