Читаем Софья Палеолог онлайн бесплатно
Виссарион был искусным дипломатом и доверенным лицом папы Николая V. В 1450–1455 годах он был апостольским легатом в Болонье. В городе сложилась тогда непростая обстановка: не прекращалась борьба за власть между аристократическими фамилиями. Николаю V важно было упрочить в Болонье собственное влияние: он опасался, что этот свободолюбивый город, второй по величине в Папской области, может отложиться от власти пап или будет захвачен другими государствами — Венецией, Флоренцией или Миланом. В этой сложной ситуации Николай V доверял защиту своих интересов Виссариону — своему «ангелу мира».
Благодаря усилиям Виссариона Болонья не только осталась частью Папского государства, но и стала важным центром ренессансной культуры.{195} В частности, кардиналу удалось вдохнуть новую жизнь в Болонский университет, который в начале XV века находился не в лучшем положении.{196} Под началом Виссариона были поновлены некоторые старинные здания. В 1453 году его попечением был отлит новый городской колокол. Отметим, что власти Болоньи обратились для руководства подъемом этого весьма тяжелого колокола на башню к местному инженеру — Аристотелю Фиораванти.{197} Позже он станет главным городским инженером.{198} Есть основания полагать, что колокол был поднят в присутствии Виссариона и кардинал мог познакомиться с мастером.
Благоустройство Болоньи не было, однако, главным делом жизни кардинала. Кипучая деятельность Виссариона была направлена в первую очередь на воплощение в жизнь идей Флорентийской унии — установление реального общехристианского единства, а главное — на борьбу с османами. В 1463 году Виссарион был назначен папой Пием II чрезвычайным послом в Венецию, где он всеми силами стремился побудить максимальное число людей жертвовать средства на подготовку нового крестового похода, который папа предполагал возглавить. Перу Виссариона принадлежит воззвание, в котором кардинал от лица Римской церкви обещал многие блага тем, кто не поскупится на дело антитурецкой борьбы. Он призывал каждого взрослого человека отдать тридцатую часть своего годового дохода на крестовый поход. Отдельно оговаривалось, что «всякому, кто целиком уплатит тридцатую долю, причем эта доля будет превышать сумму в 20 дукатов, обещана индульгенция с полным отпущением всех его грехов один раз при жизни… оговаривается двукратное отпущение грехов (один раз при жизни, другой — в момент смерти) для тех, тридцатая доля которых превысит 20 дукатов и которые сверх этого еще уплатят что-то в соответствии со своими возможностями… подчеркивается, что отец семейства за взнос своей доли не может рассчитывать на получение индульгенции и на детей; чтобы иметь таковую, они должны сами внести за себя тридцатую долю… не полагается индульгенции жене, если взнос делает муж…».{199}
Эти призывы и обещания были отчаянной попыткой склонить людей к участию в подготовке похода, который бы сокрушил османов. Однако идея «войны за веру» в таком формате уже исчерпала себя. Правители и интеллектуалы Запада считали ее бесплодной. Весьма показательно в этом отношении поведение бургундского герцога Филиппа Доброго — одного из богатейших правителей Европы. Уже в феврале 1454 года «Филипп устроил в Льеже пир, на котором к столу герцога был подан живой фазан в ожерелье из драгоценных камней, в то время как человек огромного роста в одежде сарацина грозил гостям игрушечным слоном, а юный Оливье де ла Марш, переодетый девицей, изображал горести Матери-Церкви. Вся компания торжественно поклялась пойти на священную войну. Однако эта премилая пантомима не имела никаких последствий. „Клятва фазана“, как ее прозвали, так никогда и не была выполнена».{200}
С целью организовать противостояние туркам Виссарион ездил в 1460–1461 годах в качестве посланника папы в немецкие земли. Перед самой смертью, в 1472 году, он посетил Францию и вел переговоры о помощи делу сопротивления османам с правителями Англии и Франции, но они никакой помощи не оказали.
Неординарная фигура Виссариона стоит особняком как среди римских гуманистов, так и среди церковных иерархов. Будучи представителем византийской духовной традиции, Виссарион стал выдающимся деятелем западного гуманизма. Лоренцо Валла, который входил в круг близких Виссариону гуманистов, называл кардинала
Мечты и надежды Виссариона, равно как и его широкая и разносторонняя деятельность, произвели большое впечатление на современников и остались в памяти потомков. Уже в Новейшее время, с 1896 по 1923 год, в Риме издавался журнал, посвященный делу католической миссии на Востоке, в том числе в России. Это издание было главным рупором Папского Восточного института и носило имя кардинала —
