Читаем Провалы онлайн бесплатно

На мгновение Соня залюбовалась сестрой, ее отчаянной решительностью, зацелованными губами, прозрачными от слез глазами, короткой стрижкой, сделавшей ее снова юной и смелой, готовой к жизни, где не будет никакого Сергея. Но он качнулся назад от ее толчка, попытался поймать равновесие, его ботинок зацепился о край коврика, он завалился вбок — и висок встретился с углом журнального столика раньше, чем Сергей успел выставить руки. Костный треск был короткий и тупой. Потом Сергей просто повалился ничком и остался лежать.

Ольга сползла к нему на пол быстрее, чем Соня поняла, что случилось. Комнату наполнило что-то холодное, стремительное и ледяное до онемения. Соня не знала этого чувства и не могла вместить в себя всю его оглушающую безграничность. А Ольга уже сидела на полу и смотрела на свои руки: коротко остриженные ногти, россыпь маленьких татуировок на пальцах, заусенец на большом. Ольга разглядывала их так, будто видела в первый раз.

— Сережа, — строго сказала она, отдирая заусенец, — Сережа, хватит меня пугать, вставай.

Он не ответил. Соня видела только его плечо и откинутую в сторону руку. Он не двигался, и у Сони никак не выходило уловить от него хоть что-нибудь. Ни боли, ни грусти, ни страха. Ни дыхания.

— Слышишь? — Ольга наконец расправилась с заусенцем и потянулась к лежащему рядом с ней телу. — Сереженька, вставай, пожалуйста, из окна дует…

Из уха у него вытекла кровь — тонкая темная струйка, она добралась до паркета и расползлась в небольшую лужу. Ольга пригладила его волосы, провела пальцем по щеке, осторожно, будто боялась разбудить. Соня окаменела у дверного косяка и мучительно рвалась к Ольге, но ужас, поднимающийся в ней, приковывал ноги к полу, и Соня билась в нем, как рыбка на мелководье. За стеной, на лестнице, послышались шаги — быстрые, прыгающие через ступеньку. Ольга подняла голову. Посмотрела на дверь. Подернулась зыбкой пылью и исчезла. Просто растворилась в мутном воздухе комнаты. И Соня тут же снова почувствовала свое тело и силы управлять им.

— Папа!

Егор влетел в прихожую, долбанул Соню плечом, отталкивая от двери, и упал на колени прямо у безжизненного тела Сергея, оставшегося лежать на полу у столика.

— Папа, папа, папа, — повторял он, хватая отца.

Сначала он тряс его за одно плечо, потом за оба, голова Сергея моталась из стороны в сторону. Соня смотрела на Егора — капюшон сполз, волосы разметались, лицо искажено страхом — и плакала вместе с ним, не осознавшим пока, что же случилось на самом деле.

Комната менялась вокруг него, будто проявлялась пленочная фотография: сначала по стенам побежали трещины, вздулись и отошли лоскутами обои, обнажая серую штукатурку с разводами плесени. С потолка посыпалась крошка. Диван потемнел и просел, желтый велюр покрылся разводами сырости. Ковер истлел, пол вспучился, лопнул, из трещин поднялась черная влага. Но Егор ничего этого не видел, он прижался к отцу и шептал ему в спину:

— Пап, ну пап, ну хватит, ну пожалуйста, вставай, пап…

Сергей перестал быть похожим на себя, из виноватого, но живого мужчины с хорошими часами он превратился в высохшую мумию с впалыми щеками и заострившимся носом. От него через комнату тянулись нити. Полупрозрачные, почти невидимые, они слегка вибрировали, как натянутые струны. Одна шла к двери, другая уходила в стену, третья — через пол, в глубину провалившегося дома.

Соня сползла вниз. Ощупала ладонями гудящий пол, придвинулась к Егору — медленно обхватила его со спины обеими руками, прижалась лбом к его затылку. Он вздрогнул, словно только заметил ее. Обернулся, увидел знакомое лицо, и спина его чуть расслабилась.

— Соня, — прошептал Егор. — Соня, он не дышит.

— Я знаю.

— Соня, он совсем не дышит…

Егор сдавленно всхлипнул, Соня прижалась к нему еще крепче.

— Я знаю, Егор.

Внутри у Сони тонко звенела и натягивалась последняя ниточка, держащая ее над пропастью чужой вины. А может, и не чужой. Она знала, что случилось в этой комнате. Она видела Ольгу, толкающую Сергея, она видела кровь, текущую из его уха. Она должна была сказать Егору обо всем, что здесь случилось, но он доверчиво обмяк в ее руках, и не было таких сил, чтобы собраться и объяснить, сколько дней уже лежит на этом полу мертвое тело его отца.

— Мы его вытащим, — пробормотал Егор. — Правда? Мы за этим пришли. Мы его вытащим.

Соня молчала. Слова собирались в ней, нестерпимые и жестокие, слова, которые за секунду превратят их во врагов. Но в коридоре снова раздались шаги, и Соня с облегчением оставила все невысказанное при себе.

Виктор вошел первым. Остановился в дверях, окинул взглядом комнату — трещины, плесень, нити, идущие сквозь пол, и только сжал зубы. За ним протиснулась Ника, в руках у нее недовольно ворчал ушастый кот.

— Моцарт? — узнала Соня.

— Он сам нас нашел, — откликнулась Ника. — Сидел у плит и орал.