Читаем Поместье Элдрит онлайн бесплатно
Мёртвая вздрагивает, её безумный взгляд устремляется на меня.
Чёрт. Даже её светло-карие глаза красивы. Они не совсем мертвы, как будто душа покинула её тело, но выглядят почти пустыми, как будто у неё никогда не было души. Они блестят от слёз, и я вижу, как ещё одна слезинка скатывается по её щеке, оставляя след на бледной коже, прежде чем коснуться губ.
Затем происходит самое ужасное.
Она издаёт один-единственный тошнотворный, раздражающий, просто невыносимый всхлип.
Ад был бы предпочтительнее этого.
Заставлять людей плакать было приятно только тогда, когда я сам активно причинял им страдания. Можно поспорить, что эта бессмысленная чепуха со слезами не приносит удовлетворения.
— Ты собираешься рассказать мне, зачем я здесь, или будешь и дальше носиться по этому богом забытому месту и мозолить мне уши?
Она открывает и закрывает рот, переводя взгляд с меня на стену, через которую прошла. Когда она двигается, с её плеч спадают тёмные пряди волос, густые и тяжёлые. Не то чтобы я пытался трахнуть призрака, хотя Тони наверняка был бы в восторге от таких сплетен и подробностей. Он бы, наверное, дал мне пять до конца наших жалких дней.
Когда я был там, у меня не было возможности как следует рассмотреть людей — я был больше сосредоточен на том, чтобы выживать каждую минуту, как и следовало ожидать, ведь я жил в аду.
Там играют в игры. Пытки ради забавы. Это постоянная борьба за выживание, перемежающаяся оргиями. Так что эта девушка со слезами на глазах — такая невинная и напуганная — наверное, единственный человек, который не пытался меня убить за последние несколько десятилетий. Это довольно разочаровывает. Тони даже пару раз убивал меня, когда был в форме адской гончей.
Я делал то же самое с ним, как и положено друзьям.
Мы научились ладить, ведь мы живём в одной комнате. Но он мне как заноза в заднице, и раздражение, которое я сейчас испытываю, напоминает мне о тех временах, когда мне приходилось сидеть с ним, пока он разглагольствовал о своей прошлой жизни и о том, что ему не место в аду.
Его послужной список до смерти говорит об обратном.
Как и то, что он в больших количествах употреблял адский салат — нелепое название.
Там он не растёт.
— Я не могу быть мёртвой, — повторяет она в сотый раз.
Я вздыхаю. Она такая же тупая, как и Тони. А может, и тупее. Может, мне стоит призвать его сюда, потребовать, чтобы он превратился в адскую гончую и растерзал её. Это было бы неплохим развлечением.
Она снова исчезает из комнаты, и её плач переходит в истерические крики. Я прижимаю пальцы к ушам, а затем подношу руку к лицу. Не кровоточит.
Меня бы это не удивило.
Я опускаю взгляд на вещи, лежащие рядом с её телом, и моё внимание привлекает книга. Она толстая, потрёпанная и выглядит так, будто ей сотни лет. Я беру её в руки и, нахмурив брови, открываю на странице, посвящённой кровавым ритуалам, заклинаниям призыва и способам общения с мёртвыми.
В Аду нам сказали, что иногда нас могут призвать в мир живых, чтобы мы выполнили задание, и если мы его выполним, то будем вознаграждены. Чем? Чёрт его знает.
Тони любит называть это адской версией службы в суде присяжных. Он подробно рассказал, что это такое, и утомил меня до смерти. В любом случае, какого чёрта эта девушка делает с такой книгой? Она не похожа ни на ведьму, ни на любительницу смерти, несмотря на её поседевшие волосы у моих ног.
Может, она и есть ведьма?
Мои ноздри трепещут. От неё не пахнет ведьмой.
В любом случае, я заслуживаю знать, зачем она меня вызвала и как она планирует отправить меня обратно с помощью одного из своих заклинаний. Или, ещё лучше, позволь мне убраться к чертовой матери из этого дома.
Я захлопываю книгу и понимаю, что плач наконец прекратился.
Хорошо. Мне нужны ответы — только тогда я смогу спланировать свой следующий шаг.
Я снова осматриваю поместье, теряя терпение, пока не захожу в столовую и не обнаруживаю, что она молча смотрит на стул.
От удара гримуара об и без того потрескавшийся дубовый стол она не подпрыгивает. Нет. Она всё ещё смотрит на стул, дрожа всем телом, и я вздыхаю, глядя на её покрасневшие глаза. Я никогда не встречал человека, который так много плачет. Она могла бы наполнить своими слезами чёртов Стикс.
Я щёлкаю пальцами у неё перед лицом.
— Алло? Кто-нибудь дома? Земля вызывает мёртвую девушку? — Ничего. Свет горит, но дома никого нет. Я усмехаюсь. — Из всех духов, которые могли бы меня преследовать, почему именно ты?
— Я не могу сесть на стул, — говорит она тихим и подавленным голосом, как будто сесть на что-то — это самая большая проблема на данный момент.
Я не обращаю внимания на её драматизм и тычу пальцем в книгу.
— Что это за хрень? — Угроза насилия, прозвучавшая в моём тоне, никак не привлекает её внимания. Она протягивает руку, чтобы коснуться стола, но её рука проходит сквозь него. Её нижняя губа дрожит, и моё терпение лопается. Я переворачиваю стол — достаточно большой, чтобы за ним поместилось по меньшей мере десять человек, — и всё, что на нём лежит, разлетается по полу.
