Читаем Город М онлайн бесплатно
– Простите, – она вдруг виновато взглянула на Путевода. – Мы, наверное, вас напугали. Извините, вообще-то все не должно быть так… напряженно, – подобрала она нейтральное слово. – Поверьте, мы очень вам рады, для нас это большая честь. Не правда ли?
Линда обернулась на других, ища у них поддержки. Путевод внимательно следил за их реакцией. Остальные главы орденов приободрились и закивали. Эбернетта, не переносившая скандалов и криков, и та смогла совладать с собой и даже попыталась улыбнуться. Получилось натужно, но, кажется, помогло – Путевод едва заметно улыбнулся в ответ.
– Вот и славно. – Линда сжала руки в замок, закрепляя ощущение контроля над ситуацией. – Давайте начнем сначала? Обойдемся без пафосного вступления, – бросила она короткий взгляд на Барона. – Мы – Совет Хранителей. И мы приветствуем вас, Путевод. Добро пожаловать домой!
Путевод обежал собравшихся взглядом. Вагай смотрел на Путевода, как смотрит новобранец на генерала – с уважением и опаской. Эбернетта продолжала улыбаться, замерев на стуле, точно статуя. Улыбался и Барон, в отличие от Эбернетты, весьма искренне. Линда была полна умиротворяющего спокойствия, что она на самом деле чувствовала – не было ясно. Майя все так же отрешенно смотрела в сторону.
Убедившись, что никто из присутствующих не желает ему зла, Путевод неуверенно разжал пальцы и выпустил мою накидку.
– Кто такие Хранители?
И они ему рассказали. Казалось немного странным слушать, как объясняют то, что для тебя является очевидным, само собой разумеющимся. Город живой. Точно так же, как любой другой организм, он дышит, он думает, он может быть здоров, а может быть болен. В нем все взаимосвязано, у каждой, даже самой маленькой детали есть своя задача. И она должна выполнять ее без перебоев. За «физическим здоровьем» следят люди – строят, чинят, сажают цветы и деревья, моют Улицы, убирают снег и отводят дождь. Ну а мы, Хранители, приглядываем за людьми и таким образом помогаем Городу со здоровьем душевным. Мы успокаиваем, мы радуем, мы защищаем, мы даже лечим. Каждый орден по-своему полезен, через нас люди могут обрести смысл, находят увлечения и друг друга, принимают правильные решения – для самих себя или даже для Города.
– А я Хранитель?
– Ты выше, – без лишней хитрости ответила Линда. – Ты – Путевод. А Путевод умеет то, чего ни один из нас не умеет.
– Что?
– Чудо. Путевод может творить чудеса.
Путевод обернулся на меня. В глазах стоял вопрос, и я кивнул, ведь знал, о чем он спрашивает, – да, то самое «создание вещей из ничего».
– У каждого Путевода свой дар, в зависимости от нужд Города. И мы бы очень хотели, – аккуратно добавила Линда, глянув на остальных, – чтобы ты показал нам, что умеешь именно ты.
Путевод помялся. Снова глянул на меня.
– Не бойся. Покажи что-нибудь классное! – подбодрил его я.
И Путевод согласился. Он опустился на пол, положил игрушку рядом с собой.
– Что-нибудь классное… – повторил он.
Поправил гирлянду на голове и зажмурился. Комната вдруг озарилась сиянием – на голове Путевода вспыхнула гирлянда.
Воздух наполнился ароматом мандаринов и хвои, и прежде, чем я успел что-либо понять, из пола к потолку устремилась настоящая ель. Она быстро набрала рост, раскрывая мохнатые лапы. Мне даже пришлось отпрыгнуть, чтобы не получить одной из веток по носу. Вместо шишек вдруг выросли сверкающие новогодние шары, а ствол обхватила мишура. Верхушку короновал золотой шпиль, по ветвям рассыпались конфетти.
Ель росла и росла, пока не уперлась в потолок. Под ее стволом появлялись подарки – коробки в яркой упаковке и разноцветных лентах.
Путевод на наших глазах кроил новую реальность, и получалось у него не в пример лучше, чем на чердаке. Громадная ель сверкала и переливалась у нас над головами – самая настоящая. Запах хвои и мандаринов был такой сильный, что у меня защипало нос.
– Ткач! – благоговейно произнесла Эбернетта, не сводя глаз с чудесного зрелища.
Ель качнулась, будто под порывом ветра, и вдруг растаяла. Исчезла, будто и не было. Пропали и запах, и подарки.
Путевод медленно разлепил глаза. Огоньки на его гирлянде замерцали и погасли. Сам он сполз на пол и прижал к себе плюшевого пса.
Наваждение пропало, и снова повисла тишина.
Все с восхищением смотрели на Путевода. Даже Майю зрелище отвлекло от ее тяжелых мыслей. Путевод был бледен, глаза слезились. Он попытался встать, но не удержал равновесие – и мне удалось его подхватить.
Первой с увиденным справилась Раксакаль – громко присвистнула на весь зал:
– Ну ничего ж себе!
Следующим пришел в себя Барон. Кашлянул, вынимая из грудного кармана платок.
– Что ж, – протянул он максимально будничным тоном, промокая лоб. – Это было… удивительно. Несомненно, перед нами – Путевод редчайшего дара. И дара сильного, раз он забирает столько сил у владельца. Нужно очень хорошо подумать, кто должен стать опекуном такого Путевода. Предлагаю обсудить!
– Ищи, ищи, – переливались шепчущие голоса в Его голове.
Они клубились, извивались, точно змеи – десятки, может, сотни. Он кивнул. Он искал.
