Читаем Город М онлайн бесплатно
– У вас у самого руки в бинтах. Может, вас сначала в больницу? – спросил Теневой без всякого интереса или сострадания.
– Нет, нет. Это ничего. А она вот… – Хозяин Майи осторожно переложил ее в руках. А ведь он даже не знал, насколько ценная жизнь сейчас лежит в его ладонях. Такие хозяева были на вес золота. Надо было срочно спасать обоих! Но как? Теневой вдруг расплылся в улыбке, от которой мне стало жутко.
– Конечно, – сказал он вежливо. – У меня вон там стоит машина. Я вас отвезу. Давайте помогу вам.
И протянул руки к Майе. Смертельное прикосновение, одно касание – и все, конец!
«Ты можешь лучше, Каравакс!» – мелькнуло в моей голове. Она всегда в меня верила. Я мог предать себя, но не ее. И я ринулся на встречу с забвением. Одно касание – и мне конец. Всего одно, но конец мне, не ей. Не ей!
Но вопреки всепоглощающей тьме я вдруг ощутил полет – меня схватило, обдав горячим воздухом, и потащило в сторону. Город завертелся перед моими глазами, и тут меня бросило в снег. Я увидел только несколько пар лап, мелькнувших передо мной.
Я спешно «перекинулся» и выбрался из снега. Между хозяином Майи, в ужасе прижавшим ее к себе, и Теневым стояли рычащие хунды. Теневой оскалился в ответ, но все же отступил на пару шагов. Несколько хундов даже для Теневого были серьезным аргументом хорошо подумать над дальнейшими действиями. И я чуть не сел обратно в снег, когда увидел среди них Лето. Он схватил хозяина Майи за рукав и потащил, увлекая за собой прочь от Теневого.
– Абалак, Индерь, помогите чернышу! – точно горн, зазвучал знакомый бас. На въезде к Домам, где столпились перепуганные жильцы, стоял Вагай и раздавал команды десяткам хундов. – Вы – за Аксуркой, займетесь Тенями из Новых Домов. Абаул, тут остаетесь, людям поможете! Остальные за мной!
Вагай перекинулся, и я увидел за его спиной знакомую сероволосую голову.
– Малой!
Путевод услышал. И, обгоняя Вагая, устремившегося к пока еще целому Дому, бросился ко мне.
– Нет, стой! Не надо!
Но он меня не послушал. Теневой было рванулся к нему, но стая хундов преградила ему дорогу. Путевод с размаху повис на моей шее.
– Прости! Я виноват, я поступил очень плохо!
– Малой, тебе нельзя тут, пошли отсюда! – Я попытался отстранить его от себя. Но Путевод только крепче сжал объятия.
– Не смогу я уйти. Я должен быть здесь!
Путевод поднял на меня пронзительный взгляд. В нем было все – и раскаяние, и стремление стать лучше, а главное, просьба, почти мольба: поверь в меня, сейчас мне это очень нужно!
– Я струсил, – сказал он. – Я обидел вас, я убежал, когда нельзя было убегать. Но больше я бегать не собираюсь. Вам же нужна моя помощь? Нужна?
Я знал, как нужно было поступить. Нужно было просто оттащить его от опасности, силой заставить уйти, чтобы сберечь. А еще я знал, что не смогу поступить правильно. Это его зов, его шанс на искупление. Дома вокруг звенели от напряжения, умоляли о помощи. Город звал своего Путевода – и кто я такой, чтобы спорить с ним?
Я сжал плечо парня.
– Я с тобой.
Женя слушала врача, сидя в кресле, приставленном к больничной кровати. На Настю было жутко смотреть. Полупрозрачная, она лежала среди подушек, как музейный экспонат на демонстрационном стенде. Кости торчали сквозь желтоватую кожу, лицо было старушечьим – впалые глаза и щеки, иссохшие губы не до конца прикрывают зубы, кожа натянута на череп словно очень тугой чехол. Врач был уверен, что Настя не ела много месяцев, и называл слово, которое до этого Женя встречала только в женских журналах, – анорексия.
– Ей нужен покой и правильный, методичный уход. Сейчас она будет на парентеральном питании. Потом нужно будет придерживаться строгой диеты, я все подробно распишу, – говорил врач. – Еще витамины, а также процедуры…
Женя кивала, но понимала через слово. Поиски ее вымотали больше, чем казалось. Когда от существ в Театре она узнала о произошедшем с Настей, тут же стала обзванивать больницы, а потом понеслась по нужному адресу. В произошедшее ей верилось с трудом – как из пышущей здоровьем девушки можно в считанные секунды сделать ходячий скелет? Но Женя понимала: если она сейчас начнет думать еще и об этом, ее мозг просто перегреется.
