Читаем Дочь врага онлайн бесплатно
Мой голос поразительно чист, несмотря на ураган неуверенности в моей душе. Я говорю как отец.
В его сузившихся глазах наконец-то видна опаска.
Хорошо.
– И пока ты этим занят – кажется, я попросила тебя встать на колени.
Понимаю, что стоит ему дотянуться до петли-колчана, и я могу получить стрелу в сердце. Не знаю, почему он еще не попытался. Возможно, ему мешает боль в плече. Или я убедила его, что брошу нож быстрее, чем он наложит стрелу на тетиву.
С гримасой злости опустившись на землю, он вытаскивает все из карманов невредимой рукой. Потом, с неприкрытой ненавистью глядя на меня, медленно отстегивает колчан. Тот падает на землю.
– Теперь ползи назад, – говорю я. – И прижмись к дереву.
Он замирает, потом неохотно повинуется, не сводя с меня глаз, пока я одной рукой спускаю на землю рюкзак и достаю оттуда рулоны бинтов.
– Обхвати дерево руками. Спиной к нему.
Он склоняет голову, как будто сомневаясь. И не зря. Я могла бы бросить его на поживу дикой кошке или медведю. Соблазнительно – как минимум в плане «привязать и бросить». Но у меня нет времени, ведь нападение Кингслендов неизбежно. Я шумно выдыхаю, голос твердеет от адреналина.
– Шевелись, и я перевяжу тебе плечо. Если не хочешь истечь кровью.
Он с сомнением осматривает рану. Его черный рукав пропитался темной жидкостью. Непохоже, что задета артерия, но я узнаю больше, когда мне будет лучше видно.
Он крайне неохотно ползет назад и прижимается к дереву.
Не тратя ни секунды, я падаю на колени и связываю его руки за стволом плешивой сосны. С его губ срывается возглас, когда я затягиваю узел слишком туго.
Как только он оказывается связан, я с облегчением сажусь на пятки. Кровавые небеса, это и впрямь сработало. Никогда еще не была так благодарна за крепкое полотно, которое мама заставляла нас ткать на бинты.
Подняв с земли сумку, я собираю припасы перед собой.
– Как тебя зовут?
Он отворачивается, игнорируя вопрос, но мне становится только легче, когда я не ощущаю на себе его ненавидящего взгляда. Теперь можно перевести дух и невозбранно изучить профиль пленника. Я была права: он молод. И у его кожи хороший цвет – румянец, обласканный солнцем и не покрытый потом. Мой пленник не в шоке – пока.
Я смотрю на его крепкую челюсть, контрастирующую с мягким изгибом губ. Меня удивляют белые зубы. Ни гниения, ни вони, которых я ожидала от варвара. Темные густые ресницы обрамляют пронзительные глаза.
Мне бы плюнуть в эту красивую мордашку. Осознание, что он с легкостью мог причинить вред моей родне, заставляет свирепеть и говорить с ним так, как я бы никогда не заговорила с одним из нас.
– Ну, каков был твой план? Прокрасться в Ханук или любой другой клан и убить кого-нибудь? Или у тебя какая-то другая цель?
Мои мысли перекидываются к Лиаму. На него уже охотятся за убийство Фаррона?
Его губы дергаются в слабой улыбке, когда он переводит взгляд на меня. Но не говорит.
– Не будешь отвечать?
Что бы с ним сделал отец? Я закладываю за уши выбившиеся из косы пряди, закусываю губу и вырываю оба ножа из его плеча, отбрасывая в сторону. Такое мои медицинские учебники точно не рекомендовали.
Пленник вскрикивает, и, пока он отвлечен, я охлопываю карманы его куртки, проверяя, пусты ли они. Мои руки скользят по его ногам, пока он глотает ртом воздух. Самый большой нож прикреплен к его лодыжке. Я пытаюсь достать его из ножен, и после панического рывка у меня это наконец-то получается. Его я тоже отбрасываю, а потом отползаю, чтобы пленник меня не пнул.
– Тебе понравилось? – скалится он.
Я изо всех сил стараюсь не выглядеть обалдевшей и напуганной, сосредоточиваюсь на его ране, которая – о звезды! – теперь кровоточит всерьез.
– Мне нужно будет ее зашить, когда мы вернемся.
Можно и сейчас, ведь у меня с собой медикаменты, но я не хочу подходить настолько близко.
– Ты отведешь меня в Ханук?
Мне не понять, считает ли он, что это хорошо, но я не сомневаюсь, что это плохо. Когда он попадет в руки Джеральду, его будут пытать ради сведений, а потом убьют. Желудок протестует при мысли о том, чтобы вести его на смерть, – но какие у меня варианты? Он вряд ли раскаивается, а если я его отпущу, моих соклановцев убьют. А еще нам нужна информация, раз он, по сути, подтвердил, что сам лишь один из многих, замышляющих атаку.
Скрепя сердце я собираю все оружие, достаю бурдюк с водой из рюкзака и пью, а потом выливаю остатки на раненое плечо пленника. Он не двигается, и я нахожу наволочку и достаю пригоршню листьев тысячецветника.
– Это поможет остановить кровь. Попробуешь напасть – оставлю тебя здесь.
Он резко вдыхает, когда я прижимаю истолченные листья к набухшей кровью ране, глаза его расширены, в них мелькает недоверие. Ха. Как я и подозревала, у Кингслендов нет преимущества в использовании лекарственных трав. Я накрываю рану тканью и туго перевязываю плечо еще одним длинным бинтом поверх куртки. Очень далеко от идеала. Резко подкидываю последний рулон бинтов в воздух, чтобы его развернуть. Затянув петлю с узлом-констриктором на одном конце, накидываю ее пленнику на шею.
– Что ты делаешь?
