Читаем Совсем новая жена онлайн бесплатно
КОЛЯ. «Через восемнадцать дней – Первое мая! Мне будет уже двадцать лет! Вот если бы мы все были сейчас в Москве!.. Пришлось бы мне в первый раз за двадцать лет напиться пьяным! Но “будет и на нашей улице праздник!”».
ВИТЬКА. «До дембеля семьдесят один день! 10 бань! 2 получки! 4 кухни!»
КОЛЯ. «Получил сразу три письма. Они за мной не поспевают. Очень рад, что Наташа стала хорошей девушкой. Пусть лучше учится. Пусть учится жить. Впереди еще много трудностей и невзгод, надо быть готовой ко всему и уметь переносить трудности легко и спокойно…»
ВИТЬКА. «Ура! Я Дед авиации! Через два месяца буду дома! Когда я думаю о себе, то вижу, что много пользы получил за эти два года. Тот, кем я был до армии, и сейчас – небо и земля…»
КОЛЯ. «Кончается мой денежный аттестат, но обстановка сейчас такая, что новый может пропасть в дороге. Лучше буду переводить вам каждый месяц. Покупайте на эти деньги одежду, обувь, покупайте семена и разводите огороды. В общем, денег не жалейте, лишь бы вы были одеты и сыты. Обо мне не беспокойтесь…»
Так перекликаются они, мой сын и брат, в ночной тишине. Их голоса сливаются, порой они как бы меняются местами в моем сознании. И не Витька, а Коля просит прислать орехи для белки. И не Коля, а Витька спит в блиндаже и выпускает снаряды по вражеским танкам. Коля делается моложе, а Витька старше. Я вдруг постигаю, что Колю сделала взрослым война и что то же самое было бы с Витькой… То же самое?!
Мне становится страшно. Я должна убедиться, что он дома, со мной. Что он жив!..
Я вхожу в его комнату и долго смотрю, не зажигая огня, как он спит, по привычке обняв подушку, словно боясь, что ее у него отнимут.
– В чем ты пойдешь на свадьбу? – спрашивает мама.
– В белом платье, – отвечаю я.
Маме мой ответ кажется очень остроумным. Она вообще ценит мой юмор. Сейчас она занята – пришивает кольца к новым занавескам, но я знаю: сегодня же в телефонном разговоре с ее подругой Лерой будет фигурировать мамин вопрос и мой ответ. И всем своим друзьям и знакомым мама будет повторять одно и то же: «Я у Ленки спрашиваю: “В чем ты пойдешь на свадьбу?”, а она говорит: “В белом платье”».
И все, кто ценит мой юмор, будут смеяться, и только Зинаида, которая тоже ценит мой юмор, но только когда ей объяснят, в чем он заключается, спросит:
– Ну и что?
– Как «что»? – вспылит мама. – По-твоему, это не
– На свадьбу всегда надевают белое платье.
– Невеста, – подсказывает мама. – Невеста надевает белое платье.
– Вот именно, – говорит Зинаида. – Так что же тут смешного?
– То, что она идет на свадьбу к подруге, а не на свою свадьбу!..
В трубке молчание.
– Зачем ей надевать белое платье? Все решат, что она невеста.
– Она не наденет. Она пошутила.
– А, пошутила! – И, наконец, Зинаида смеется. – Ты так сразу бы и сказала.
Удивляюсь маминому терпению. Впрочем, они дружат с детства. Я как-то спросила:
– А если бы ты встретила Зинаиду сейчас? Ну, где-нибудь на курорте, допустим… Ты бы с ней подружилась?
Мама задумалась на минуту и сказала:
– Вряд ли… Но Зинаида тут ни при чем. Просто поздно уже заводить новых друзей, понимаешь?
И мама опять задумалась. Я знаю, о ком она думает. Обо мне. О том, что в мои девятнадцать у нее уже были ее Зинаида и Лера, и ее тихая Варя, и, главное, был ее Лешка, с которым она впервые поцеловалась, когда ей было пятнадцать лет…
Мама думает обо мне, потому что я еще ни с кем не целовалась и подруг у меня всего две, да и то – подруги ли это по строгому счету?
С Ниной мы учились в одном классе. Она тоже ценила мой юмор, ее даже выгоняли за это с урока: «Ермакова, смеяться будете за дверью». Теперь мы видимся редко: Нина в медицинском, а я в художественном. Она будет лечить людей, а я оформлять книги, рисовать плакаты. Мои плакаты тоже кажутся ей очень остроумными.
– Экстазно, – говорит она, разглядывая плакат «Лес – твой друг» или «Муха – твой враг». – Честное слово, экстазно…
Это у них на факультете высшая похвала. Потом она рассказывает о своих новостях, о том, что ей нравится анатомия, и о том, как некоторые боятся занятий в прозекторской. А я рассказываю о своих, о том, что скоро будет выставка курсовых работ и у меня отобрали три вещи – два плаката и рисунок. И о том, как один парень с моего курса переделал Козьму Пруткова: «Вы любите пастель?» – спросили раз ханжу. «Люблю, – он отвечал, – когда я в ней лежу…» Нина сразу начинает давиться от смеха и прыскать чаем, а я говорю: «Ермакова, смеяться будете за дверью».
И вдруг Нина звонит и приглашает меня на свадьбу. Я думала, она шутит. Она сказала, что ей никто не верит и что даже она сама еще не вполне поверила, но кольца они уже купили и белое платье уже заказано, его зовут Гера, рост метр восемьдесят два, черненький… Почему не говорила? А ты не спрашивала!.. Шют-ка! Я никому не говорила, так интересней… Свадьба в ресторане. У него очень много родственников…
– В чем ты пойдешь на свадьбу? – спрашивает мама.
– В белом платье, – отвечаю я. (Шютка, как говорит Нина. Я надену что-нибудь темненькое. Темненькое-кромненькое.)
