Из рек, не принадлежащих бассейну Инда, в РВ 3 раза упоминается Yamuna (совр. Джамна) и один раз в поздней части памятника Gangä (совр. Ганг). Эти реки явно составляют далекую восточную периферию ригведийских ариев, так сказать, их восточный форпост.
Реки в РВ обожествлялись. Их восхваляли в гимнах, с ними связана определенная мифология. Согласно ригведийской космографии, реки протекали не только на земле, но и на небе, и не всегда из текста гимнов бывает ясно, что за река, земная или небесная, имеется в виду.
Дискуссионным является вопрос о том, знали ли ригведийские арии море. Макдонелл, Кейт, Циммер и др. считают, что море им было неизвестно, рыбы они не ели, морской торговли не вели, пользовались только лодками, чтобы переправиться на другой берег реки, с частями корабля знакомы не были, а слово samudra, которое обычно переводится как «море» или «океан» (букв. «Стечение] воды») обозначает в РВ только нижнее течение Инда, где он очень полноводен. Макдонелл, правда, замечает, что океан, может быть, и был им известен[70]. Чаще же в гимнах РВ подразумевается небесный океан. Что же касается рыболовства, то в реках Восточного Афганистана, Северного Пакистана и Пенджаба водится мало рыбы. Слово matsya «рыба» встречается в РВ один раз в поздней мандале X и еще раз в качестве этнонима. В поздних ведах с очевидностью известен океан и рыболовство тоже. Индийские авторы настаивают на том, что арии РВ хорошо знали море и даже не одно, и, ссылаясь на большие тектонические изменения в этом ареале, считают доказательством существования древних морей в Раджастане и Кашмире в эпоху РВ наличие озер и солончаковых почв в этих местах в наши дни[71]. Мифологические контексты, как эпизод чудесного спасения Бхуджью, за которым Ашвины прилетели на плавающем по воздуху корабле, истолковываются буквально, т. е. как знакомство авторов гимнов с морскими парусниками и т. п.[72]
Трудно решить этот вопрос окончательно, но если арии РВ и знали море или океан, то знание это было весьма абстрактным и общим и не имело отношения к их повседневной жизни.
На севере мир ригведийского ария был отгорожен высокими горами Himavantah (букв. «покрытый снегом») — Гималаями. Пик Müjavat, который славился лучшими сортами сомы, находился или где-то к юго-западу от Кашмира, или в районе Гиндукуша. Горы Виндхья известны не были. Привычной частью пейзажа были леса (vana), в том числе большие и непроходимые, в которых можно заблудиться (aranya). Попадались ариям также засушливые земли или пустыни (dhanvan).
Из деревьев в культуре ариев РВ важнейшим было ашваттха (açvattha — Ficus religiosa, совр. Peepal tree) с плодом pippala, игравшее большую роль в религиозном культе (символ мирового дерева, а также материал для изготовления ритуальной посуды). Встречаются названия khadira (Acacia catechu) с твердой древесиной; vibhidaka (Terminalia bellerica), чьи орехи использовались для игры в кости; çalmali (Salmalia malabarica) — высокое дерево с красными цветами и др. Не раз отмечалось, что баньян (nyagrodha — Ficus indica), хорошо известный в поздних ведах, в РВ не встречается. Среди растений и трав особо выделяются лекарственные osadhï. Пучки травы (darbha) использовались в ритуале. Засвидетельствован ряд названий для камыша, тростника и их разновидностей (nada, parusa и др.), употреблявшихся для плетения, а также слово vamça, обозначавшее стволы бамбука, шедшие на постройку хижин, и ряд названий кустов. Деревья обвивали лианы (название лианы [libujä] стало литературным символом покорной в любви женщины). Упоминаются плоды растений (phala), семена (bvja), коренья (müla), цветы (puspa). Из последних надо отметить лотос, представленный двумя названиями: белый (pundarïka) и голубой (puskara). Из культурных злаков в РВ встречается только yava «хлеб на корню», «ячмень». Ни пшеница, ни рис в РВ не упоминаются, они нашли свое отражение в поздних ведах.
