Читаем Рерайтер онлайн бесплатно
— Что значит «наше дело процессор», — возмутился Троцкий, — сам по себе процессор ничего не значит, нужно производство мини-эвм. Только тогда от наших усилий будет толк. Продавать его за рубеж, как решили поступить с четырёхразрядным процессором, не имеет смысла.
— И так, вопрос остаётся прежними, — продолжает свою старую песню Сычёв, что нужно, чтобы к апрелю, край к маю мы сделали процессор на шестнадцать разрядов?
Валерий Ефимович тяжело вздохнул, и посмотрел на меня так, будто хотел сказать: «Вот видишь, с кем приходится работать».
— Первое, нужно увеличить штаты. Если раньше мы работали с микросхемами на шесть тысяч элементов, то теперь требуется размерность на двадцать пять тысяч. Тут сами понимаете, нужна специализация работников, а не как у нас сейчас, он и швец, и жнец и на дуде игрец. Второе это фонды по первой категории, а то мы до сих пор вынуждены эксперименты на бракованных пластинах производить, зачем нам дополнительные трудности? Ну и третье, нужен Климов, не то, что без него мы не обойдёмся, но времени придётся затратить значительно больше.
— Что ж, невыполнимых требований не вижу, — кивнул Сычёв, что-то черкая в блокноте.
— Э, можно добавление по этому поводу? — Опять встреваю в важный разговор, и когда на меня обращают внимание, продолжаю. — Тут на меня подполковник Булыгин наезжает, чем-то я ему не понравился, но не говорит в чём конкретно претензии, нельзя ли с ним поговорить на эту тему.
— С военной кафедрой мне будет тяжело договориться, — сразу припух зам. по науке, — тут нужен калибр помощнее.
— Так с Преснухиным поговорите, — пытаюсь убедить товарища.
— Ректор ему тоже не указ, — задумывается Павел Ильич, — ладно попробуем найти управу на него, есть у нас кое-какие возможности.
Видимо у проректора подгорало, поэтому после того, как он поговорил с нами, куда-то заторопился.
— С чего вдруг такой интерес? — Спрашиваю у Троцкого, когда покинули кабинет зама по науке. — Раньше их наши поделки не интересовали.
— А тут не в них проблема, — усмехнулся Валерий Ефимович, — американцы вдруг заявили, несмотря на успехи Советского Союза, они по микроэлектронике впереди. А что бы это доказать, решили анонсировать новый процессор.
— Понятно, — кривлюсь я от таких известий, — и у нас решили доказать обратное, поэтому требуют выпустить шестнадцати разрядный процессор. Плохо это, теперь гонка начнётся, а спешка никогда до добра не доводила. Кстати, а кто это заявил? Интел?
— Нет, это их конкуренты, Motorola. Интел в данном случае хотел остаться в тени, но из-за того, что там началась свара между разработчиками, они не смогли удержать свои секреты.
Вот теперь мозаика полностью сложилась. То что ни у Интел, ни у Моторолы не получится сделать нормальный восьмиразрядный процессор в течении ближайшего года — факт. Зато шума, что сделан восьми битный микропроцессор будет достаточно, чтобы обыватель поверил в превосходство американских технологий над советскими. Думаю, что не погрешу против истины, если стану утверждать, что всё это происки кого-то из недругов, что пытаются направить усилия СССР на неперспективные, как они уверены, разработки. То, что за этим будущее электроники, до них ещё не дошло, а когда дойдёт уже будет поздно, и тогда они станут рвать волосы в бессильной злобе. Кстати, тут недавно в Известиях проскочила статья, в которой утверждалось, что в США готовится проект ограничений на импорт четырёх разрядных процессоров из СССР. Мол, вот она другая сторона свободного предпринимательства, и тут же похвастались, что в Японию и Италию в семидесятом году продали около трёхсот тысяч этих изделий.
Вот тут я и завис, если учесть, что наши процессоры торгуют за рубежом по цене ста двадцати долларов, то доход МЭПа должен быть никак не меньше тридцати миллионов. Огромная сумма по этим временам, поэтому неудивительно, что теперь там уделяли большое внимание всяким сомнительным заявлениям по микропроцессорной технике и стремились удержать приоритет по разработке любыми доступными средствами. И что это значит? А означает это одно, у нас внутри СССР появится огромное количество последователей, читай конкурентов и за каждым будет стоять большой коллектив заслуженных деятелей от науки. Для нашей лаборатории это не страшно, мы уже успели оторваться от них надолго, если не навсегда, но в тоже время это будет большое распыление ресурсов, ведь МЭП не сможет отказать «уважаемым» людям.
Ладно, хватит об этом рассуждать, нужно браться за работу. Многие подумают, что я тут же кинусь дорисовывать схему процессора, и ошибутся. Если схему на двадцать пять тысяч транзисторов ещё хоть как-то можно создать в одну харю, то вот дальше работа застопорится, ведь следующий шаг это семьдесят тысяч транзисторов, а это уже полный абзац, тут без грамотных помощников не обойтись. Следовательно, требуется открывать курсы подготовки кадров, ведь как сказал Сталин, а с ним в данной ситуации я вынужден согласиться:
