Читаем Плотницкая готика онлайн бесплатно
— Спросил, о чём что-то я не…
— Об отце.
— Не знаю, я… Он устроился на голых досках спинки стула, потирая тыльную сторону ладони большим пальцем, словно стирая пигмент, — не знаю.
— Тогда зачем. Потому что ты и так всё знал, ты знал что на самом деле случилось Билли уже рассказал всё до…
— Ты можешь, пожалуйста. Просто послушай меня пожалуйста. Мне не нужно было это слушать. Необязательно читать проклятые газеты я же сам там был когда всё случилось, господи боже. Там имя Воракерс знают так же как «Де Бирс», «Воракерс Консолидированный Резерв» там знают как название страны а он побольше многих стран, скупает и продает половину стран не глядя и только этим и занимался, только этим и занимался твой отец ни для кого не секрет, ни для кого не скандал пока не всплыли большие взятки вроде дела «Локхида» и тогда у нас скандал закатили политики и газеты и что тогда произошло, мне не нужно было спрашивать Билли что тогда произошло понимаешь? Позвал его пить вместе полночи нет, нет я же сказал это он позвал меня я и слова вставить не мог, думаешь молодых надо учить возмущаться? Не только Пол не только твой отец нет, он возмущался из-за всего, из-за всех кто был до него думаешь я какое-то исключение? что он меня романтизировал как, как ты? я нашёл там золото в его возрасте и знаешь что он сказал? Пpoстo ещё одна сраная тысячеметровая яма в земле которую набьют чернокожими чтобы копали за них это же старейший проклятый обычай на свете, новое поколение винит прошлое за унаследованный бардак и всех гребёт одной гребёнкой потому что видят только то чем мы стали, лежат в засаде стоит оступиться и они нападают, схватись за одну соломинку целесообразности и они уже упрекают за то что предал себя, предал их, за то что продался как те кто пишет плохие книги и плохое всё те кто старается изо всех сил? когда мы думали что можем рассчитывать на цивилизацию? Двести лет строили великий бастион ценностей среднего класса, добросовестность, плати по долгам, добросовестно плати за честную работу, двести лет и ведь не больше, прогресс, всюду улучшения, то что стоит делать стоит делать хорошо а они видят что это и есть самое опасное, все наши великие решения превращаются в их кошмары. Ядерная энергия ради дешёвого электричества для всех а они слышат только об угрозах радиации и какого чёрта делать с отходами. Еда для миллионов а они снова едят органические ростки фасоли и жерновую муку потому что всё остальное ядовитые добавки, пестициды отравляющие почву, отравляющие реки океаны и покорение космоса превращается в военные спутники и в высоких технологиях единственная подаренная нами метафора это нейтронная бомба а единственные новости это сегодняшняя передовица… Он пропинывал тропинки в листве, пока одна не вывела на край террасы, где он встал глядеть на реку. — Когда-нибудь видела здесь рассвет? и словно она ответила нет, словно вообще отвечала — особенно зимой. Когда смотришь зимой, он сдвигается южнее где река шире всего и наступает быстро, словно хочет просто доказать день, утвердить только чтобы потом весь его остаток слоняться, первую половину проклятой жизни ты усложняешь мир в желании перепробовать и исправить всё а вторую половину прибираешь бардак который наделал в первой, вот чего они не понимают. Наконец осознаёшь что не можешь оставить мир лучше чем его принял а можешь только постараться не оставить хуже но они тебя не простят, собираются гурьбой в конце дня как на закат в Ки-Уэсте если когда-нибудь видела? Все туда съезжаются на закат, смотрят как солнце падает словно ведро с кровью и хлопают-ликуют как только оно пропадает, тебя спроваживают с проклятым ликованием и только и рады что больше не увидят.
Но солнце, на которое она подняла глаза, уже пропало, ни следа в матовом небе, и с ним пропал и незаконченный день, оставив только зябкость, знобившую её тело. — Он бы ни за что не уехал, сказала она. — Все твои разговоры ради, ради чего-то там превратил его в какого-то, как в апостола в того кто бы мог нет, нет иначе он бы ни за что не оказался на том самолёте.
— Я не, что ты хочешь сказать. Я же даже не знал, я даже не знал что он…
