Читаем Парторг 4 онлайн бесплатно
Скорее всего победит линейная модель развития города вдоль Волги, которая соответствовала историческому развитию Царицына-Сталинграда, учитывала размещение крупных заводов и позволяла максимально раскрыть город к Волге.
Мы уже вносим свои, и очень значимые, корректировки в ещё разрабатываемый генеральный план города. Разработчики из Москвы предполагают полный отказ от старой плотной застройки дореволюционного периода. И, в отличие от тесного Царицына, серьёзное уменьшение этажной плотности застройки. Они хотят увеличить расстояния между домами для лучшей инсоляции и проветривания. И обязательное введение широких зелёных зон и бульваров по всему городу.
Против последних двух пунктов я категорически не возражаю — это правильно и современно. А вот старая плотная застройка частично обязательно сохранится в заводских районах. Там мы предполагаем для скорейшего решения острой жилищной проблемы строить новые панельные дома на уцелевших прочных фундаментах. И, конечно, нас совершенно не устраивает их идея уменьшения этажной плотности. Товарищи академики, в прочем, даже не предполагают, что совсем скоро города начнут активно расти ввысь, а не вширь.
Я твёрдо рассчитываю, что наша практическая деятельность значительно ускорит разработку генплана. И утверждён он будет не в сорок пятом, а в будущем сорок четвёртом году. И установленные московскими институтами сроки разработки перспективного плана создания коммунальных сетей тоже льют воду на мою мельницу: чем раньше, тем лучше.
Кстати, много раз, когда всплывали знания или воспоминания Сергея Михайловича о другой реальности, я думал с иронией: вот бы сейчас сюда привести критиков плановой системы хозяйствования и лично товарища Сталина. Показать им реальную ситуацию и нынешнюю работу. Закрывать глаза на недостатки системы и всё рисовать в розовых идеальных тонах, конечно, не надо, они есть и серьёзные. Но разве другая система управления и другое руководство справились бы с такой страшной напастью? Сейчас ещё тяжко, но реально помогают союзники поставками, пусть не так щедро, как нам хотелось бы. А вот как мы смогли выстоять и как сдюжили в страшном сорок первом году и летом, и осенью сорок второго! Это же настоящее чудо!
Всё это и ещё многое другое пронеслось в моей голове стремительно, как табун диких лошадей, летящий бешеным галопом по степи. И я ещё раз начал внимательно, вдумчиво читать то, что написал Виктор Семёнович.
Он, похоже, уже отлично знает предварительные наметки товарищей академиков. И специально для меня пометил красным карандашом то, что уже расходится с их московскими планами. Они без всяких вопросов и обсуждений хотели сохранить только некоторые заводские корпуса, имеющие архитектурную ценность. Но эти академические хотелки промышленные наркоматы уже решительно задвинули на задний план. Производственные здания восстанавливаются в полном объёме, как того требует суровая логика выполнения главной задачи на настоящем этапе: скорейшее восстановление оборонной мощи волжской твердыни, кузницы оружия.
А из этого основного требования проистекают и многие наши практические действия на местах: ускоренное и, возможно, не самое целесообразное с точки зрения перспективы восстановление заводских посёлков. Особенно «мансардного» посёлка на территории «Красного Октября», где решено, кстати по настойчивой просьбе старых заводских сотрудников, воссоздать, по возможности конечно, несколько точных копий довоенных домов с их характерной архитектурой. А на основе уцелевших прочных фундаментов других разрушенных домов, начать строить «дедовскими» проверенными методами обычные двухэтажные дома. Когда полностью отстроим весь город, тогда и решим спокойно, что с ними делать дальше: оставить или снести.
На «Баррикадах» этот вопрос, опять же с обязательным учётом мнения старых заводчан, мы начали решать примерно также, как в Нижнем посёлке Тракторного завода. Восстанавливать всё сплошняком, максимально быстро, опять отложив окончательное решение дальнейшей судьбы этих посёлков на потом, до лучших времен.
А вот принципиальное решение сохранить дом Павлова как памятник — это исключительно инициатива обкома партии. Причём это важное решение было принято ещё до моего появления в Сталинграде. Дом НКВД восстанавливается — это просто прямое категоричное требование Москвы, сверху. Ну а уж масштабные восстановительные работы на Октябрьской улице — это исключительно инициатива нашего финансово-хозяйственного отдела обкома, их детище.
Что там будет написано в отношении Кировского района в генплане, вообще никого особо не интересует. Тем более что здесь уже, по большому счёту, о восстановлении речь не идёт совсем. Этот процесс практически полностью закончен, и надо говорить уже о реконструкции существующего и дальнейшем развитии района.
