Читаем Парторг 4 онлайн бесплатно
— Профессионально подготовлен был, — пожал плечами полковник. — Документы безупречные, биография выдуманная, но тщательно проработанная. Людей, которые могли бы его разоблачить, заранее убрали. Немцы вложили в эту операцию серьёзные средства и время.
Полковник убрал фотографию, но тут же достал другую и протянул её Виктору Семёновичу.
— А этого человека, думаю, знали вы, товарищ Андреев.
Виктор Семёнович бросил взгляд на фотографию и тут же ответил:
— Конечно. Этот товарищ в звании интенданта третьего ранга служил в Горьком и почему-то состоял на учёте в партийной организации нашего госпиталя. Во время обсуждения кандидатуры товарища Хабарова на заседании парткома госпиталя он высказал подозрения в адрес товарищей, давших рекомендации Георгию Васильевичу, заявив, что очень подозрительно, что они так дружно погибли, — Виктор Семёнович нахмурился, вспоминая. — Фамилия его… Макаров, кажется. Да, точно, Макаров. Неприятный тип, въедливый. Через несколько дней после этого заседания его, наверное, куда-то перевели. По крайней мере, больше я его не видел.
— А как вы отреагировали тогда на его заявление? — поинтересовался полковник.
— Резко отверг все подозрения, — твёрдо ответил Андреев. — Товарищ Хабаров представил все необходимые документы, его рекомендации были в полном порядке. Смерть товарищей, давших ему эти рекомендации, печальна, но война есть война. Гибнут люди. Это не основание для подозрений.
Виктор Семёнович развёл руками, показывая, что это всё, что он может сказать, но, похоже, полковник сказанным был вполне удовлетворён. Он с довольным видом убрал фотографии обратно в конверт и внимательно посмотрел на нас с Виктором Семёновичем.
— В принципе я ничего не обязан вам, товарищи, объяснять, — начал он, и в его голосе прозвучали официальные нотки. — Но, учитывая ваши несомненные заслуги перед Родиной, считаю своим долгом всё разъяснить. Этот лже-капитан, кадровый сотрудник абвера. К нам был внедрён в середине тридцатых годов. До финской у него всё было блестяще, отличные характеристики, продвижение по службе. Но потом допустил ошибку, которую мы пока не можем раскрыть в деталях, и перед самой войной был переведён в Белоруссию на должность в полковом звене. Скорее всего, руководство абвера решило, что он провалился и его нужно вывести из центрального аппарата. Пользуясь военной неразберихой, спокойно вернулся к немцам и стал начальником школы абвера, которая расквартирована в Прибалтике.
Полковник помолчал и добавил:
— Теперь он занимается подготовкой диверсантов для заброски в наш тыл. Мурбах, Курт Мурбах, вот его настоящее имя.
Я слушал полковника, и мне внезапно стало страшно. Какой же опасности я подвергался, когда эта вражина высказала подозрения в мой адрес тогда в белорусских лесах! И какой же молодец полковой комиссар, отвергший их как необоснованные. Если бы тогда Соколов добился моего ареста, неизвестно, чем бы всё это закончилось. В условиях отступления и паники первых месяцев войны разбираться особо не стали бы.
— А это ваш интендант, — полковник кивнул на вторую фотографию, которую всё ещё держал Виктор Семёнович, — был отправлен на фронт и тут же, на третий день, сдался в плен. Причём сдался демонстративно, на глазах у наших. Возможности пристрелить его не было к сожалению. Через несколько дней оказался в этой школе абвера в Прибалтике. Ирония судьбы, но операцию против вас, Георгий Васильевич, руководство абвера поручило подготовить и провести капитану абвера Мурбаху, начальнику одной из разведывательно-диверсионных школ. В его поле зрения сразу же попал вновь прибывший курсант, который на одном из первых допросов поведал немцам о вас, Георгий Васильевич. Рассказал подробно: и о заседании парткома, и о ваших рекомендациях, и о своих подозрениях. Мурбах сумел понять, что вы именно тот молодой человек, которого он когда-то пытался выдать за диверсанта в сорок первом году. И операцию против вас решил провести с огоньком и лично. Видимо, старые счёты хотел свести.
— То есть это была личная месть? — уточнил я.
— Отчасти, — кивнул полковник. — Но не только. Вы же понимаете, что человек, прошедший проверку и работающий в партийных органах в городе, где разворачивается важное строительство, представляет серьёзный интерес для вражеской разведки. Ваше устранение, например, сейчас большой удар по восстановлению Сталинграда. Так что операция планировалась комплексная.
Полковник достал на этот раз из своей полевой сумки ещё один документ, на этот раз несколько листов, сшитых вместе, и продолжил:
