Читаем Неразличимые онлайн бесплатно
любую. От кончика носа до нежных и розовых пяток. Обожаю твой запах.
Твой взгляд, твои страстные стоны и твой смех. Да, особенно смех.
Хотя плачешь ты тоже красиво. Люблю больше жизни. И очень хочу,
чтобы больше ты никогда не страдала. Никогда.
Он говорил, и, смешиваясь с каплями ледяного дождя, по его лицу текли
крупные слёзы. И ведун не пытался их скрыть.
Виктория не сводила взгляд с Виктора, чувствуя, как её сердце сжимается
от боли. Пальцами нежно коснулась его влажной щеки.
– Люблю тебя, – произнесла она, и её голос дрогнул. – Разве такое
возможно, скажи мне? Знать человека чуть больше недели и как будто
бы целую жизнь. Я даже свет твой полюбила. Твою выдержку, твоё
бесконечное, просто немыслимое терпение. Твою доброту, которую ты
прячешь под маской серьёзности. Люблю смотреть, как ты бреешься,
стоя перед зеркалом в ванной, с таким умным видом, как будто решаешь
сложнейшую хирургическую задачу. И то, что ты втихаря допиваешь мой
остывший кофе. Люблю… Просто люблю. Всего тебя. Настоящего. Не своё
отражение. Тебя.
Боль. Мучительная, невыносимая, страшная боль вдруг обрушилась на них
обоих. Магическое обращение. Кости с треском меняли форму и длину,
мышцы и сухожилия разрывались и натягивались до предела, сама кожа
горела так, словно её сдирали заживо.
Виктория закричала, от боли едва не теряя сознание, её ноги предательски
подкосились.
Виктор не позволил ей упасть. Его руки обняли, со всех сторон обхватили,
словно стальной обруч.
– Держись, – с трудом выдавил он, прижимая к себе свою ведьму. – Держись,
любимая. Я с тобой. Я рядом.
Он обнимал её, короткие поцелуи касались её лица, шеи, рук. Он шептал ей
на ухо слова, не имевшие вовсе какого-то смысла, но такие важные для
неё – о кофе, о книгах, о том, как завтра они будут долго гулять и
заглянут в кафе на Седьмой линии.
Эта боль была невыносимой, она выворачивала наизнанку, ломала.
Но постепенно она отступала, уступив место пронзительному облегчению.
Виктория вдруг поняла, ощутила, как её плечи стали уже, бёдра –
мягче, а рост… теперь ей приходилось запрокидывать голову, чтобы
смотреть на Виктора.
Её тело вернулось. Настоящее тело. С родинкой на левой ключице, со шрамом
на колене в память о падении с велосипеда.
Вика медленно приоткрыла глаза и увидела.
Настоящего Виктора. Высокого, широкоплечего и гибкого. Мужественное лицо.
Никаких следов её мягкости и округлостей. Сила, воля и ум. Только в
его изумрудных глазах вспыхнули те самые, ей до боли знакомые
оранжевые искры, но теперь они отражали… только её.
В центре пустой площадки они оба стояли, поддерживая друг друга. Ветер
развевал их волосы, но теперь он был лишь ветром, а не вихрем
проклятия. Виктория глубоко вздохнула, поёжилась и потянулась. Да,
это действительно было её тело.
– Кажется, теперь всё, – тихо произнесла ведьма, с удовольствием слушая
звук своего голоса. Женского голоса.
Виктор нежно провёл рукой по её волосам и аккуратно поправил воротник её
нового, но уже слишком большого пальто. – Да, – ответил он с лёгкой
улыбкой. Эта улыбка всегда удивительным образом смягчала его лицо. –
И благодаря современному стилю одежды мы выглядим… не пугающе.
И усмехнулся. И правда. О чём ещё им говорить здесь, на крыше, как не об
этом. О стиле одежды.
– Теперь всё действительно завершено. Смотри, тучи тоже ушли. Встаёт
солнце.
Виктор медленно оглянулся и посмотрел на восток, туда, где над линией
горизонта начинала разливаться первая, робкая солнечная полоска.
Рассвет.
– Пойдём ко мне? – предложил он тихо. – Моя квартира здесь рядом, на
набережной. Там тепло, есть душ, и я даже сварю тебе крепкий кофе,
как любишь.
Виктория посмотрела на их соединённые руки. Они были совершенной
противоположностью друг друга.
Идеальное сочетание.
Она подняла взгляд и измученно улыбнулась. Впервые за долгое время.
– Пойдём, – просто ответила.
Они повернулись и медленно двинулись к выходу с крыши. За их спинами
остался пепел ритуала.
Глава 13. Гимн рассвету
Дверь в квартиру Виктора закрылась, отсекая тени ночного кошмара. Они
замерли в прихожей, прижавшись к холодной поверхности двери, словно
последние выжившие после вселенской катастрофы. Не отпуская руки,
Виктор провел Вику внутрь.
Его холостяцкое жилище было полной противоположностью её уютному, полному
книг мирку под крышей старого дома. Это был роскошный пентхаус на
верхнем этаже нового здания на набережной Макарова.
Панорамные окна от пола до потолка открывали вид на стремительно
светлеющее зеркало залива, на величественный силуэт «Лахта-центра»,
на алые полосы утренней зари на светлеющем горизонте. Интерьер был
выдержан в стиле строгого минимализма: белый керамогранит на полу,
несколько низких кресел цвета мокрого асфальта, строгий низкий
диван. Белые жалюзи, голые стены. Было прохладно и чисто, пахло
хвоей и цитрусами.
– Создатель, – выдохнула Виктория, медленно поворачиваясь на каблуках. Её
голос прозвучал неожиданно громко, и эхо подхватило его. – Вот где
ты прятался все эти годы! Похоже на каталог интерьеров «Для успешных
мужчин». Мне даже неловко за то, что ты был вынужден целую неделю
провести в моей захламлённой берлоге.
