Читаем Неразличимые онлайн бесплатно
тишину и блаженное ничто, оставив их наедине с этой безмолвной
пустотой.
Они лежали, тяжело дыша, их тела слиплись от пота, их сердца бились в
унисон. Прошло несколько минут, прежде чем Виктория подняла голову и
посмотрела на него.
– На что ты рассчитывал? – её голос был хриплым, но в нём не было упрёка.
Лишь усталость.
Он закрыл глаза, глубоко вздохнул.
– Думал… если я исчезну, растворюсь… может быть, ты уцелеешь. Тоже ведь
выход. Пусть и наполовину.
– Выход? – она фыркнула, и в звуке было что-то горькое и невероятно
нежное одновременно. – Ну и как это называется, скажи мне, как врач?
Есть ли у пациента шанс выжить с половиной тела? А с половиной
сердца? С половиной головы? Не делай больше таких глупостей. Вспомни
законы магической неотвратимости. Мы – единая система. Живём вместе.
Или умираем вместе.
Он молча кивнул, его пальцы бессильно провели по её спине.
– Ищем третьего, – прошептал он. – Где, Вика? Как? Перебрать десять
миллиардов землян? Или сто миллионов иных, что лишь немногим проще?
– Инквизиция? – предположила она без особой надежды. – Самая закрытая
организация планеты. Но они не проявили интереса к делу
«Алан-Изабель». Да и где мы, и где «Серые»… У нас нет выхода на них.
Обессиленные, они лежали на полу, обнажённые, и с почти клиническим
равнодушием разглядывали изменения своих тел. Их рост был теперь
абсолютно одинаковым. Плечи – одинаковой ширины, бёдра – одинаковой
узости. Даже шрамы – крошечный след от ожога на левом предплечье
Вики и давняя царапина на ребре Виктора – казалось, стали бледнее,
словно готовясь исчезнуть. Они были двумя версиями одного существа,
отлитыми в разной, но стремительно выравнивающейся плоти…
Кажется, это конец. Выхода у них не было…
Но именно в тот момент, когда ночь постепенно уступала место рассвету,
первые лучи солнца начинали пробиваться сквозь тьму, а
метафизические петухи возвестили о начале нового дня, телефон
Виктора внезапно ожил, издав резкий и настойчивый звонок.
Глава 10. Inquisitio¹
Кабинет Павла Канина был полной противоположностью всему, что Виктория
считала неотъемлемыми атрибутами власти. Ни тебе готических сводов,
ни стеллажей с запылёнными черепами, ни зловещих артефактов под
стеклом. Строгий минимализм. Светлые стены, голый стол из матового
чёрного камня, на котором стоял лишь терминал с сенсорным экраном и
лежала одна-единственная папка цвета старой слоновой кости. Воздух
был стерилен и лишён запахов, будто его фильтровали через
молекулярные сита. Единственным намёком на личность хозяина служил
странный объект на столе – не то скульптура, не то прибор,
напоминавший несколько вложенных друг в друга хрустальных сфер,
между которыми медленно переливалась серебристая дымка.
Виктор и Виктория сидели в низких, но удивительно удобных креслах
напротив стола и чувствовали себя на редкость единодушно – как
провинившиеся школьники, вызванные к директору. Разница в их росте,
ещё заметная пару дней назад, окончательно стёрлась. Теперь они были
двумя зеркальными копиями, одетыми в простую, почти идентичную
нейтральную одежду, которую срочно приобрели по пути сюда. Виктор,
поджав губы, смотрел перед собой, его поза была неестественно
прямой. Виктория же, не в силах совладать с профессиональным
любопытством, украдкой, из-под опущенных ресниц, изучала того, кто,
возможно, держал нити их спасения.
Великий бессмертный ведун и инквизитор Павел Канин. Настоящий «Серый».
Его внешность была воплощением мимикрии: совершенно заурядное,
незапоминающееся лицо человека лет сорока пяти. Увидев его в метро,
взгляд бы соскользнул, не зацепившись. Пепельно-серые волосы,
коротко стриженные, такие же серые, без единого проблеска глаза.
Невысокий рост, мягкий, почти вкрадчивый голос, лишённый каких-либо
интонаций. И только руки… Руки выбивались из этого образа серой
мыши. Крепкие, с длинными пальцами, покрытые характерными для
мастеров-артефакторов мозолями и тончайшими, почти невидимыми
шрамами – следами работы с капризными и опасными материалами.
«Он что-то делает своими руками? – пронеслось в
голове у Виктории. –Погодите-ка, а не тот ли это всемирно
знаменитый Канин, владелец корпорации?.. Да нет, быть не может…
Или…»
Её размышления прервал мягкий голос.
– Виктория, – Канин обратился к ней, и в его обращении не было ни
снисходительности, ни формальности, как будто они были старыми
знакомыми. – Но вы-то как позволили зайти этому так далеко? Вы же,
судя по досье, вполне разумная и осторожная ведьма. Ваш коэффициент
магической интуиции зашкаливает за девять баллов по шкале Агриппы.
Вика вдруг ощутила, как воздух в комнате сгустился, превратился в вязкое,
тяжёлое серое марево. Оно давило на сознание, выискивая слабые
места, пытаясь проникнуть внутрь и выудить ответ помимо её воли. Это
не было грубым вторжением – это было тотальное, безраздельное
доминирование.
– Я не… – начала она, но голос предательски дрогнул, а слова повисли в
этом густом психическом желе. Она почувствовала, как её собственная
тёмная магия, всегда такая живая и послушная, съёжилась, забилась в
самый дальний уголок её существа, словно испуганный зверёк.
