Читаем Малум онлайн бесплатно
Застонав, она перевернулась на живот и попыталась встать. В глазах двоилось, словно ей снова семнадцать и она проснулась после выпускного, на котором единственный раз перебрала со спиртным. Выпрямившись во весь рост, Эва руками смогла достать до потолка с прикрепленной к нему старой трубчатой лампой. В помещении не было мебели, лишь у одной из стен лежала груда воняющей навозом соломы. Эва рассмотрела деревянную дверь без ручки с ее стороны.
Эти улыбчивые братья-ладины что-то подсыпали в лимонад. Якуба с ней не оказалось, и она запретила себе думать о том, что его уже могло не быть в живых. В мыслях все равно мелькали сюжеты десятка фильмов, где маньяки похищали людей и потом издевались или охотились, пока не убьют. А ведь были еще извращенцы.
Эва передернулась и в который раз пожалела, что согласилась на эту работу. Сидела бы сейчас в редакции, в тепле и уюте, писала бы свои статьи и знать бы не знала о Пассо Селле и убитых туристах.
– Эва. Эва! – послышалось из ниоткуда.
Она покрутила головой, пытаясь понять, с какой стороны идет звук.
– Эва-а-а.
Она продолжала оглядываться, боясь, что знакомый голос ей всего лишь почудился.
– Якуб? – тихо и с надеждой спросила она.
– Да. Кажется, я внизу, а ты сверху.
Голос и правда доносился из-под пола со стороны настеленной соломы.
Эва кинулась туда, встала на колени, разрыла руками плохо пахнущую сухую траву и обнаружила под ней деревяшку. Она нетерпеливо отбросила ее и увидела глаза Якуба внизу через небольшое, примерно с ладонь, отверстие в каменном полу.
– Якуб, – облегчение оттого, что он жив, на секунду сжало спазмом горло, и его имя она скорее просипела, чем произнесла. Через проем она рассмотрела грязное лицо напарника, просиявшее короткой улыбкой.
– Я боялся, что ты… – начал он и замолчал.
– Я тоже.
– У меня все забрали: мобильный, часы, документы. Даже ремня для штанов не оставили.
Пока он говорил, Эва похлопала себя по карманам.
– И у меня. – Она посмотрела на Якуба и, разозленная то ли на себя, то ли на него, то ли на ситуацию в целом, прошипела: – Эти братья нас прикончат. Как раз две жертвы не хватает до шести.
Якуб опустил голову, скрывая выражение лица, и Эве это не понравилось.
– Давай придумаем план, а паниковать будем потом.
«Когда потом? Когда уже будем неспособны паниковать, потому что мертвы?» – злилась она мысленно, а вслух не удержалась и уколола, еще не зная, что попала в цель:
– Ты слишком спокоен. Словно готов так глупо умереть.
– А как будет не глупо? – парировал он, снова поднимая к ней голову.
– От старости, например, – нашлась с ответом Эва.
– С такой работой я очень в этом сомневаюсь.
Эва посмотрела на солому под собой и отчетливо представила, как на ней лежала одна из предыдущих жертв братьев Села. Тошнота скрутила желудок, и она еле успела добежать до ведра, стоящего в дальнем углу.
Эва вытерла выступившие от рвоты слезы и сглотнула вязкую слюну, чувствуя себя препаршиво.
– Соберись и не думай сейчас об этом, – раздался успокаивающий голос Якуба. Он словно прочитал ее мысли и понял, что она почувствовала. – Лучше опиши, что видишь вокруг.
– Кроме соломы, ведра и прямоугольного проема в низком потолке здесь ничего нет. Дверь без ручки.
– Проем типа окна? Эва, нужно узнать, куда он выходит.
Эва привстала на цыпочки и увидела, как облака сахарной ватой лежали в долине. Вокруг были горы, клочья тумана и трава цвета карамели.
– Возможно, они перевезли нас в другое место, – сказала она. – Или мы с другой стороны, под домом.
– Этот вид на горы тебе знаком? Когда мы шли, ты запомнила их рисунок? – оживился Якуб.
– Верх затянут туманом, – она расстроенно закусила нижнюю губу. – Трудно сказать.
Эва еле смогла подавить снова поднявшуюся панику. Голова болела, уже привычные ей силуэты по бокам, как назло, не появлялись.
Она вернулась к переговорному пункту, как про себя назвала отверстие в полу. Якуб сел на солому. На штанине у него оказалась дыра с засохшим пятном крови.
– Ты ранен?
– Что? – Якуб поднял голову, проследил за ее взглядом и посмотрел на кровь. – Нет. Неглубокий порез. Может, зацепили обо что-то, пока тащили сюда. И еще вот. – Он закатал правый рукав свитера, обнажив кожу. – Меня наградили тату в виде руны. Если я правильно понял.
На сгибе кисти, прямо над венами, она различила грубый красно-черный знак. Это выглядело как два перевернутых треугольника, вписанные друг в друга.
За переживаниями Эва забыла, что и ее рука побаливала. Она проверила и продемонстрировала Якубу. Точно в том же месте, точно такая же отметина, нанесенная нарочито небрежно.
– В деле ни у кого из жертв не было татуировок, нанесенных перед смертью. – Эва погладила подушечками пальцев опухшую кожу вокруг. – Надеюсь, они стерильными иглами били.
– Пока это последнее, что меня беспокоит, – усмехнулся Якуб.
– Как мы глупо попались, – сожалела Эва. – Идиоты. По крайней мере, они не насилуют жертв. Уже хорошо.
Якуб фыркнул и засмеялся, и она к нему присоединилась.
– Интересно, были ли у них жертвы, которые, очнувшись, бы ржали над ситуацией? – все еще улыбаясь, спросила Эва.
