Читаем Малум онлайн бесплатно
«Он не умрет, он не умрет!» – твердила Эва, оттаскивая от Якуба мертвеца с пронзенной головой. Она всадила кол гулю в глаз, прекрасно понимая, что не настолько сильна и не сможет загнать дерево в сердце.
До этого она медлила, не прибегая к призракам, стоявшим по бокам, но сейчас даже не увидела, а нутром почувствовала тени, которые кинулись на гулей, но, кроме как отшвырнуть их на несколько метров, никакого вреда принести не смогли. Может, потому, что противники были уже мертвы? Если эти гули питаются мертвечиной, то почему напали на них? Почему начали пить свежую кровь? Что-то здесь не сходилось.
Их новой знакомой и след простыл. Похоже, заданием Зузаны было привести еду для Милы и уйти. Эва не винила ее, прекрасно понимая, что люди способны на все, когда дело касается их близких.
Волосы поднял ветер, мимо промелькнула тень. Баал пришел на помощь: исцарапанный и грязный, он расшвырял тела и поднял Якуба с земли. Эва стянула с шеи косынку и приложила к его ране на шее, выглядящей скверно.
– Ты! Ты… – Якуб возмущенно пробовал выталкивать слова, но у него не получалось. Он шатался, и Эве пришлось приобнять его, чтобы не дать упасть.
– Баал! Сзади! – закричала она.
Среди десятка тел, медленно приближающихся к ним, появилась женская фигура, облаченная в черное. Если бы не цвет, то платье походило бы на подвенечное. Она приблизилась, и Эва смогла рассмотреть бледно-серое лицо, обрамленное черным покрывалом волос, бордовые пухлые губы и глаза с красными зрачками. Незнакомка напомнила ей Черную Барбару[40] из легенды, что передавалась в Праге среди гидов и туристов.
Баал обернулся, приподнял брови, но не спешил нападать. Вместо этого он подошел к Эве с Якубом и встал рядом.
– Кто ты? – хрипло спросил он.
Фигура в платье промолчала. Баал щелкнул пальцами так, что загорелся ближайший к незнакомке упырь, но тут же погас.
– Я гуль. – У незнакомки был приятный чистый голос. – Меня зовут Черная Барбара. – Она заинтересованно окинула Баала взглядом сверху вниз. – А ты, насколько я понимаю, демон.
Барбара махнула рукой, отгоняя от себя упырей. Они попятились, склонив головы, словно она была их королевой.
Якуб покачнулся, чуть не завалился набок, словно ноги вовсе перестали его держать, и Эве пришлось помочь ему сесть на землю.
– Ты просто стояла, – прошипел он так, чтобы только она его услышала. – Почему?
Эва сжала челюсти и покачала головой, пытаясь дать понять, что не станет сейчас оправдываться.
– Разве ты не должна быть в Праге на Ольшанском кладбище? – спросила она у новой знакомой.
Барбара вздернула бровь, а затем подошла еще ближе, остановилась шагах в десяти и смотрела только на Якуба, сидевшего с опущенной головой. Он зажимал рану на шее и ни на что не реагировал.
– Должна. Как и эти несчастные, – она посмотрела на бродящих по кладбищу мертвецов, – должны были лежать в гробах. Я всегда выходила только в Рождество, так скажите мне, почему устоявшиеся законы перестали работать? Гуль с соседнего кладбища смог его покинуть и зайти сюда, где лежат почти свежие трупы, а затем превратить их в себе подобных. А новые гули стали ловить живых людей и поедать их еще до смерти.
– Что?! – запротестовал Баал. – Это невозможно.
– Возможно, – сказала Эва, крепче сжимая Якуба. – Если трон в Раю пуст, значит, начались изменения у христианских энсиа, понимаете? Это логично.
В голове Эвы мелькнула мысль о том, что пожелай языческие энсиа устроить нечто вроде переворота в мире существ, то сейчас как раз и наступило лучшее время.
– Фауст о чем-то подобном предупреждал, но я тогда не особо слушал, – подтвердил Баал ее предположение.
Барбара, внимательно их рассматривая, приблизилась еще на пару шагов.
На кладбище раздавались шорохи, шипение и шуршание десятков мертвых ног, однако они не подходили к дальней стороне со склепами, у которой и находилась вся компания. Благодаря луне, которая все ярче светила сквозь скрюченные ветви деревьев, Эва могла рассмотреть почти всю территорию и количество упырей, разгуливающих внутри. Ей казалось, что запах разложения проник в нее, осел на языке и в легких, уместился в голове в виде нестираемых воспоминаний.
– Так как мы считаемся слабее, чем пьющие живую кровь, то, похоже, мы первые почувствовали изменения, – высказала Барбара мысли по поводу начала падения христианских запретов. – Кстати, вашего друга, который вот-вот потеряет сознание, укусили, но не чтобы насытиться его кровью, а чтобы обратить.
– Они долго пили из его шеи! – зло перебила ее Эва. – Это не выглядело как укус.
– Вы ошибаетесь, – возразила Барбара, но в ее голосе не было и намека на ярость или превосходство. – Гули очень специфично питаются, и, когда это делают, откусывают целые куски мертвой плоти.
– Почему ты выглядишь иначе, чем они? – Эва кивнула на бродивших среди могил упырей.
Барбара жутковато улыбнулась, губы раздвинулись, демонстрируя длинные клыки.
