Читаем Исповедь киборга онлайн бесплатно
Васильева сразу же приступила к организации рабочего пространства для анализа данных об имплантах. Вера настраивала системы безопасности комплекса, интегрируя свои алгоритмы с местными. Макс занялся разгрузкой оставшегося оборудования.
Алексей и Новиков перенесли «Сокола» в медицинский отсек, где подключили к системам мониторинга.
– Его состояние стабилизируется, – сказал Новиков, изучая показания. – Но импланты всё ещё конфликтуют с его нервной системой. Без профессионального вмешательства он может никогда не очнуться.
– Или очнуться полностью под контролем программирования, – добавил Алексей. – Я видел проблеск его настоящей личности перед тем, как он потерял сознание. Там всё ещё есть человек, борющийся за контроль.
– Как и в тебе, – кивнул Новиков. – Но в твоём случае импланты «Прометея» глубже интегрированы с мозгом, создавая более сложную, но и более стабильную систему. Его более ранние импланты «Химеры» менее гибки и адаптивны.
Он посмотрел на Алексея с беспокойством.
– Кстати, о твоём состоянии. Конструкт «Призрак» всё ещё активен, и я замечаю признаки слишком глубокой интеграции. Пора его деактивировать, пока он не стал перманентной частью твоей личности.
Алексей колебался. После интенсивного боевого взаимодействия конструкт «Призрак» казался ещё более естественной частью его сознания. Усиленные способности, тактическое мышление, улучшенный контроль над кибернетическими компонентами – всё это было слишком полезно, чтобы легко отказаться.
– Ещё немного, – сказал он. – Пока мы не убедимся, что находимся в безопасности и не придумаем план стабилизации имплантов. Я контролирую ситуацию.
Новиков выглядел неубеждённым.
– То, что ты воспринимаешь как контроль, может быть иллюзией. Конструкт «Призрак» спроектирован так, чтобы казаться естественным расширением твоей личности, но на самом деле он постепенно подменяет её элементами программирования.
Он положил руку на плечо Алексея.
– Чем дольше он активен, тем сложнее будет отделить, где заканчиваешься ты и начинается программа. Именно этой размытости границ и добивались создатели «Прометея».
Алексей понимал логику этих аргументов, но часть его – та, что была связана с конструктом – настаивала на сохранении текущего состояния. Эта внутренняя борьба была тревожным признаком того, о чём предупреждал Новиков.
– Хорошо, – наконец согласился он. – Деактивируем «Призрака». Но сначала нужно убедиться, что комплекс безопасен и системы защиты работают.
– Разумный компромисс, – кивнул Новиков. – Завершим проверку безопасности и затем проведём процедуру деактивации.
Они вышли из медицинского отсека и присоединились к остальным в главной лаборатории, где Васильева уже работала над анализом данных для стабилизации имплантов.
– Как продвигается? – спросил Алексей.
– Медленнее, чем хотелось бы, – ответила Васильева, не отрываясь от экранов. – Протоколы синхронизации сложнее, чем я ожидала. Они включают элементы, которых не было в системе, когда я работала над проектом.
Она указала на схемы нейроинтерфейса.
– Видишь эти структуры? Они словно адаптируются к индивидуальной нейрофизиологии оператора, создавая уникальные паттерны интеграции. Это делает невозможным создание универсального решения для стабилизации.
– То есть, нам нужно разработать решение, специфичное для моих имплантов? – уточнил Алексей.
– Именно, – кивнула Васильева. – И для этого требуется детальное картирование взаимодействия твоей нервной системы с имплантами. Новиков, у тебя есть нейрокартограф в этой лаборатории?
– Есть, – ответил старый учёный. – Более продвинутая версия того, что мы использовали ранее. Он в соседнем помещении.
– Отлично. Нам нужно будет провести полное сканирование, как только завершим проверку безопасности и деактивируем конструкт «Призрак».
Алексей посмотрел на большой экран, где Вера выводила данные систем безопасности комплекса.
– Как обстановка? – спросил он.
– Пока чисто, – ответила Вера. – Периметр безопасен, системы наблюдения не фиксируют движения в радиусе пяти километров. Но я настроила дополнительные сенсоры на случай появления модифицированных оперативников, как тот, с которым ты столкнулся.
– «Сокол» сказал, что все оперативные группы активированы, – напомнил Алексей. – Это значит, что где-то поблизости могут быть другие разведчики, а основные силы в пути.
– Мы в глуши, в официально заброшенном комплексе, с блокированными маяками слежения, – сказал Макс. – Даже если они прочесывают район, найти нас будет непросто.
– Не недооценивай ресурсы «НейроТех», – предупредила Васильева. – У них есть спутниковое наблюдение, аналитические алгоритмы прогнозирования перемещений, сеть информаторов. И самое главное – модифицированные операторы с имплантами, специально настроенными на поиск и преследование.
– Тогда нам нужно ускорить работу, – решил Алексей. – Завершить проверку безопасности, деактивировать конструкт и немедленно приступить к разработке системы стабилизации.
