Читаем Фредерик онлайн бесплатно
Тем не менее ты расточала улыбки и восторги, а доктор Ч. источал гордость и восхищение. Он почти всё время держал руку на твоей пояснице, словно боялся, что ты уйдёшь, если он не будет к тебе прикасаться. Иногда он выглядел так, будто хвастается тобой, и ты была уверена, что именно это он и делал бы, если бы вокруг были его знакомые. Но здесь вы оба никого не знали, и в чём-то это было даже хорошо. Прошлого не существовало не только у тебя, но и у него. Никто не знал о его промахах, ошибках или личной жизни, никто не воспринимал вашу только что сложившуюся пару как нечто необычное. Вы просто были вместе — и он этим наслаждался. Когда ты всё-таки отходила, чтобы перестать наконец чувствовать на себе его руки, — например, к витрине, рассмотреть выставленные театральные украшения, или в дамскую комнату, или к окну, — он не сводил с тебя глаз, любуясь твоей причёской и тем, как платье облегает твою фигуру во всех нужных местах.
Честно говоря, часто ходить в этот театр было не по карману даже доктору Ч. Но если бы он имел возможность приглашать туда тебя, он бы любой ценой делал это постоянно. Он был готов на всё, чтобы любоваться тобой, чтобы впечатлить тебя. Расположить тебя к себе.
Он не знал, что это невозможно.
Зал, сцена, декорации, оркестр — потрясающим было всё. Пока звучала всем знакомая увертюра, в которой переплетались образы солнечной Испании, ликование празднества и трагическая история Кармен, ты забыла о докторе Ч. и не вспоминала о нём до самого антракта. Он тоже слушал — внимательно, и смотрел — не менее внимательно, то на сцену, то на тебя, поглощённую музыкой, внимающую истории. Что творилось у тебя в голове? Хотел бы он знать. Может, ты просто наслаждалась походом в оперу. Доктор Ч., во всяком случае, точно им наслаждался. Увертюра, на его вкус, была чересчур весёлой — удивился бы он, узнав, что тебе тоже нравилась в ней только третья драматическая часть? От остального в буквальном смысле сводило зубы. Что бы на это сказал твоя любовь? Что ты не в состоянии оценить классический увертюрный шедевр? Повёл бы он тебя на «Кармен»? Оперу, ставшую всемирно известной? Гармоничную, с идеальной оркестровкой, точной передачей драматургии посредством музыки… страстную? Ты думала об этом, пока на сцене появлялась сигарная фабрика, её работницы, их возлюбленные. И темпераментная Кармен. Свободная хабанера (эта ария тебе нравилась, она была действительно шедевральна), цветок, брошенный к ногам… Ненароком взглянув на доктора Ч., ты заметила, что он наконец сосредоточился на музыке. До этого ты чувствовала, что он рассматривает публику, антураж, блеск и лоск, покрытые темнотой, уравненные ею. И тебя.
Ссора, сегидилья, побег… Второе действие. Таверна, Кармен с подругами, куплеты тореадора, чья жизнь опасна, но наградой ему служит слава и любовь красавиц… Контрабандисты, дезертирство, финальная сцена — бурные аплодисменты и антракт.
Когда вы вышли из фойе, доктор Ч. потащил тебя вслед за большинством — в театральный буфет. Который, конечно, буфетом можно было назвать с натяжкой — скорее, дорогой ресторан. Сразу образовалась очередь, где тебе не очень-то хотелось стоять, но, кажется, посещение буфета было традицией для гостей. Цены на пирожные, шампанское и бутерброды заставили тебя вздрогнуть.
Доктор Ч. занял место в очереди, пока ты рассматривала представленный ассортимент. Судя по всему, самым популярным в театре являлось фирменное пирожное «Соната», красивое, круглое кремовое с выведенным шоколадом скрипичным ключом. Стоило оно дороже других.
— Давайте возьмём, — сказал доктор Ч., заметив твой интерес.
— Нет, спасибо, — покачала ты головой.
— Я настаиваю.
Вы оба знали, что эти пирожные не стоят своих денег, но доктор Ч. явно не собирался быть хуже других. Что ж, пусть разоряется, если ему так хочется. Ты улыбнулась, и он взял вам два пирожных и два кофе в крошечных чашечках. К ним дали очаровательные золотые ложечки. Вы нашли свободный столик в самом углу. Доктор Ч. любезно отодвинул тебе стул и осторожно задвинул его, когда ты села. Прозвенел первый звонок; люди в очереди слегка занервничали, гул усилился. Каждый хотел успеть съесть что-то дорогое и пафосное и не опоздать в зал. Ты смотрела на шоколадный скрипичный ключ и думала о своей любви. Возможно, это каким-то образом отражалось на твоём лице.
— Всё в порядке? — спросил доктор Ч., и ты, улыбнувшись, кивнула, не поднимая на него глаз. Потом взяла ложечку и разломала пирожное. Внутри неожиданно оказался жидкий тёмный шоколад. Ты чувствовала на себе взгляд психиатра. Ты чувствовала неловкость. Вы занимались спонтанно-принудительным сексом, но его оперы и пирожные заставляли тебя нервничать сильнее. Наверное, потому что он мог ждать от тебя чего-то большего. Чего-то иного. Чего-то, чего ты точно не могла ему дать, а это, в свою очередь, могло испортить твой план. Ты чувствовала, как будто должна ему что-то взамен, но единственное, что ты могла дать, это ложь.
Ну и, конечно, то, на что он явно рассчитывает. Может, даже сегодня.
