Читаем Фредерик онлайн бесплатно

— А, так я выпила ещё раньше, — легкомысленно отозвалась ты.

Ещё один гвоздик.

— Собственно, так я здесь и оказалась.

И ещё один.

— Неправда, — возразил он.

С едва уловимым, но всё-таки сомнением.

Ты вздохнула, и он наконец сказал то, что собирался с самого начала:

— Ведь это же было… Было…

Ты вцепилась пальцами в колени. Замолчи.

Фредерик пытался подобрать слово, способное хоть отдалённо выразить то, что он чувствовал, и эти несколько секунд с тебя словно заживо сдирали кожу. Господи, нет. Не молчи. Говори быстрее. Прекрасным? Незабываемым?

— …особенным.

— Особенным? — переспросила ты, чувствуя, что на коленях останутся синяки.

Правда.

— О… Ну да, было здорово. Отличное Рождество, — снова изображая легкомыслие, продолжила ты, видя, как его взгляд становится чуточку печальнее с каждым твоим словом.

— Безусловно, — согласился он, подавив тяжёлый вздох. — Рождество, в которое что-то произошло. Да?

У тебя внутри всё сжалось от этого «да?». Доктор Фредерик Ч. открыто просил бросить ему спасательный круг, но он был нужен тебе самой.

Ты встала из-за стола и стала убирать маслёнку в холодильник, только чтобы не сидеть напротив этих беспощадных и беспомощных глаз.

— «Что-то»? — спросила ты, открывая дверцу. — Что?

Ты обращалась к маслёнке, к апельсиновому соку, к сыру, к винограду. Ты отлично знала, как нивелировать важность разговора.

— Что-то… новое, — с трудом ответил он тебе в спину.

— Не очень понимаю, о чём вы, — нахмурившись, повернулась ты к нему.

Ты врала в суде под присягой, но эти слова дались тебе тяжелее.

— Неважно, — пробормотал доктор Ч., почему-то оставаясь Фредериком. — Сегодняшний сеанс мы перенесём на другой день.

Или не оставаясь.

— Хорошо, — улыбнулась ты, как надеялась, очаровательной улыбкой, но он даже не посмотрел на тебя, начав убирать со стола.

Фредерик (доктор Ч.! доктор, мать его, Ч.!) вымыл тарелку, чашки и френч-пресс, выбросил свой тост, к которому так и не притронулся, смахнул крошки со стола. Ты всё ещё стояла на кухне, скрестив руки на груди, чувствуя, как сильно бьётся под ними сердце. Он обернулся и, казалось, удивился, увидев, что ты ещё здесь.

— Вы не видели моё платье? — спросила ты, с ужасом чувствуя, что краснеешь.

Почему, чёрт возьми, это происходит?

— Оно сохнет в гардеробной.

Больше он ничего не сказал. Ты кивнула, словно именно там оно и должно было находиться (ты смутно припомнила, как на него пролилось шампанское — он что, его застирал?), и направилась за платьем, спиной чувствуя взгляд психиатра.

За окном была настоящая рождественская метель. Красивая, успокаивающая. Рождество в этом году выдалось действительно зимним, в прошлый раз два дня шёл дождь, и те два дня доктор Фредерик Ч. не выходил из дома, зарывшись в одеяло и бросая одну скучную книгу за другой.

И вот оно, первое Рождество за много лет, которое он встретил не один. И не просто не один. О, на такое он и не надеялся. Перестал надеяться давным-давно.

И не стоит начинать надеяться снова. Ты ясно дала понять, что для тебя ничего особенного не произошло. Фредерик — доктор Ч. — не знал, что и сказать. Возможно, он ошибся? Преувеличил? Может, он просто идиот, влюбившийся в ту, что играет с ним, постоянно меняя правила? Ту, с которой играть должен был он сам?

Нет. Этой ночью всё было иначе, он точно это знал. Не только для него. Для вас обоих. Клубок спутанных мыслей, тонких полупрозрачных нитей лжи и притворства, желания и недоверия начал разматываться, оставляя лишь одну из них — самую хрупкую, самую невероятную, способную стать чем-то потрясающим. Я люблю тебя, сказал он ночью, — не сказал даже, слова сами вырвались на свободу. Бездумно, но искренне. Тогда он был в этом уверен. Теперь он молился только, чтобы ты их не слышала. Большего унижения для него было бы не придумать.

Конечно, сегодняшний сеанс пришлось перенести. Вам обоим надо всё обдумать — скорее, ему, ведь ты, похоже, уже всё решила, твоя линия поведения ясна. Ему стоит под неё подстроиться. Сбросить с себя этот жалкий романтический морок, которой вдруг напал на него впервые за последние лет десять. Как бы там ни было, он не собирался прерывать ваше общение, если ты сама этого не сделаешь. Более того, он надеялся продолжать его как можно дольше. Как врач, как собеседник, как любовник, как друг, как человек, от которого зависит тот, кому ты точно не сказала бы ну да, было здорово. Как угодно.

Он не хотел тебя терять.