Читаем Фредерик онлайн бесплатно
Сегодня его пиджак висел на спинке кресла, ты впервые видела доктора Ч. лишь в рубашке, белой в тончайшую серую полоску, и с коричневато-золотистым галстуком с зажимом. Ты же надела лёгкий костюм из вискозы песочного цвета: рубашка свободного кроя и широкие брюки. После вчерашнего натягивать на себя очередное платье тебе не хотелось. Доктор Ч. поставил на столик около тебя стакан с водой и коробку конфет.
— Расскажите о вашей с ним интимной жизни, — попросил вдруг доктор Ч.
Конфета выпала из твоих рук на пол.
— Вы серьёзно? — поразилась ты.
— Абсолютно.
Ты таращилась на него так, что он рассмеялся.
— Вас удивляет этот вопрос? — спросил он.
— Это что… после вчерашнего? — пристально посмотрела ты на него и закинула ногу на ногу.
— Нет.
— Но это могло бы пролить свет на некоторые аспекты вашей ситуации.
— Простите?
— Вашей… привязанности.
Доктор Ч. опустил слово
— И какие подробности вы хотите знать? — спросила ты.
— В общих чертах, — не моргнул глазом доктор Ч. — Не обязательно подробно. Просто интересно, как вы… взаимодействовали.
— Хорошо, — согласилась ты, задумавшись, какой же путь выбрать. — Пожалуй, могу сказать, что
— Это понятно, — улыбнулся доктор Ч.
— Ну ладно. Полагаю, я должна сказать что-то ещё. — Доктор Ч. молча смотрел на тебя, немного насмешливо, но при этом очень внимательно. Это он умел. Смотреть.
Жаль, что он не мог хорошенько рассмотреть себя со стороны.
— Взаимодействовали мы в разных жанрах, — сказала ты и с трудом скрыла усмешку, увидев оживление в глазах доктора Ч. — О, вы бы слышали эти импровизированные прелюдии с контрапунктом, мне повезло встретить настоящего виртуоза! А эпические оратории? Раньше я даже не знала, насколько они могут быть потрясающими. А масштабные, глубокие симфонии? Клянусь, иногда я думала, что мы внутри проклятой девятой, если вы понимаете, о чём я. — Конечно, он не понимал, но тебя это не заботило. — А сонаты, боже? Обычно для фортепиано и виолончели, но, признаюсь, мне часто приходилось переходить на партию альта и даже скрипки. Погружение в самую суть, вот что можно сказать в общих чертах. Без него всё звучало бы фальшиво. Ну и конечно, — добавила ты, — главное правило любого качественного исполнения — регулярность упражнений. Это я про этюды, если что.
Пока ты говорила всё это, доктор Ч. снова занялся любимым делом: сунул в рот кончик ручки и почти начал его грызть. Выглядело это ужасно: ужасно смешно, ужасно нелепо, ужасно пошло.
— Пожалуйста, перестаньте, — попросила ты, едва сдерживая смех, и он тут же прекратил, поняв, что ты имеешь в виду. Доктор Ч. поставил ручку в подставку, немного смутившись.
— Вы знаете, что привычка грызть ручки — признак стресса? Это значит, что вы испытываете эмоциональную нагрузку и вам необходимо помочь успокоить нервную систему. — Ты загуглила это несколько дней назад, и вот, пожалуйста, пригодилось. — Похоже, ваш вопрос заставил вас нервничать больше, чем меня. Или мой ответ, — усмехнулась ты.
— Ваша манера ответа на мой вопрос тоже может кое-что о вас рассказать, — спокойно ответил он.
— О, разве вас не впечатлило моё музыкально-метафорическое красноречие? — изобразила ты удивление.
— Всё это, — сказал доктор Ч., — не имело отношения к красноречию.
— Что же это тогда?
— Словоблудие.
Ты хитро улыбнулась:
— По-моему, вы именно этого и хотели.
Он покачал головой и чуть не потянулся за ручкой. Спохватившись, он переключил внимание на свой неизменный блокнот.
— Если вы хотели узнать, заставляли ли меня хоть раз что-то делать против моей воли, ответ «нет», — серьёзно сказала ты. Тебе было неприятно представлять, что он там может себе напридумывать. — Если вы хотели узнать, секс ли главная причина, по которой мы вместе, ответ «нет».
Ему всё-таки пришлось взять ручку. Доктор Ч. усиленно строчил в своём блокноте, будто конспектируя твою неожиданную речь.
— Были, — сказал он, поднимая на тебя глаза.
— Что?
—




