Читаем Фредерик онлайн бесплатно
Пока он прикидывал, куда бы их повесить, ты сходила за бокалами на кухню и вернулась. Доктор Ч. решил намотать обе мишуры (серебристые) на ножки торшеров — в принципе, смотрелось неплохо — и теперь думал, что делать с остальными. Ты включила телевизор: на одном из каналов играла рождественская музыка и вёлся отсчёт до наступления Рождества, его ты и сочла подходящим.
— Осталось три минуты! — воскликнула ты.
Доктор Ч. беспомощно держал в руках не развешанную мишуру: красную и синюю. Можно было бы намотать её на ножки рояля, но это, наверное, было бы не очень красиво.
— Дайте сюда, — вмешалась ты в его раздумья.
Ты взяла у него синюю мишуру и накинула ему на шею. Получилось очень органично. И даже интимнее, чем когда ты поправляла ему галстук. Ему понравилось. Красную, соответственно, нужно было накинуть на тебя… Когда он делал это, накидка наконец свалилась с твоих плеч, оставляя тебя в красном платье-комбинации. То есть в прямом смысле полуголой. Доктор Ч. осторожно поправил мишуру, прикрывавшую теперь бессовестное декольте, ненароком коснувшись твоей груди. Удивительно, но он смутился, как будто между вами не было всего, что было.
Даже странно.
— Давайте хотя бы успеем налить шампанское, — сказала ты, потому что оставалось уже меньше двух минут.
— Хорошо, — улыбнулся он и начал открывать бутылку.
Гладко выбритое лицо делало его непривычно человечным, более мягким, немного беззащитным, тебе даже хотелось к нему прикоснуться, чего ты от себя совсем не ожидала. Обычная одежда — свитер и джинсы вместо традиционных костюмов и галстуков — сменила официоз расслабленностью. Слегка растрёпанные волосы вместо тщательно уложенной причёски, которая всегда почему-то казалась тебе чересчур «клинической», даже сделали его симпатичнее. Перед тобой был не доктор, не объект плана, не засранец из медицинского журнала с натянутой улыбкой. Перед тобой наконец-то был человек.
Где-то в другой жизни вы могли бы быть друзьями.
Пробка выстрелила, никого не убив, и доктор Ч. разлил шампанское по бокалам. Праздничный отсчёт на экране телевизора подходил к концу. Вы всё-таки успели. Ты взяла бокал, доктор Ч. последовал твоему примеру.
— Надо загадать желание, — сказал он, словно прочитав твои мысли.
Вы оба сделали это, загадав совершенно противоположное. Желание одного из вас сбудется.
Рано или поздно.
— Ну, — сказала ты, поднимая бокал чуть выше, — за что же выпьем?
— За… — начал доктор Ч., но осёкся. Всё, за что он хотел бы выпить, не годилось для того, чтобы озвучить сейчас тебе.
— За что? — хитро улыбнулась ты. Тебе было забавно наблюдать за ним. Пока ещё забавно.
— За… здоровье? — неуверенно предложил он.
— Какое, психическое? — ты хихикнула. — Простите.
Он снова смутился, и ты решила смутить его ещё больше. Тебя пьянило Рождество, аромат даже не отпитого ещё шампанского, твоё странное платье и его поведение. Вообще всё. Хотелось хорошенько напиться и заснуть где-нибудь под роялем.
— За вас, — многозначительно и с чувством сказала ты, и он действительно смутился сильнее. Хотел что-то добавить, но ты уже звякнула своим бокалом об его.
Пока вы медленно пили шампанское, время перевалило за полночь.
Или нет.
— С Рождеством, — сказала ты.
— С Рождеством, — откликнулся доктор Ч. и улыбнулся.
По телевизору началась какая-то дичь, и ты его выключила. Взяла свой телефон, зашла в интернет и включила первую попавшуюся рождественскую песню из новинок — незнакомая, но красивая музыка. Ты поискала взглядом накидку, но не нашла её. Ладно, похоже, она тебе уже не пригодится. Ты видела, как психиатр смотрел на твои голые плечи.
— Я рад, что вы здесь, — искренне сказал он, глядя тебе в глаза, но так, что тебя почему-то это задело.
Ты наконец поняла, что изменилось в докторе Ч. В нём не было ни язвительности, ни предубеждённости — всё это и так постепенно бледнело, от встречи к встрече, а теперь, казалось, исчезло вовсе, не оставив ни следа. И главное — в нём не было подозрительности, до сих пор иногда сквозившей, и, честно говоря, не зря, в его взгляде или голосе.
Но кое-что задело тебя ещё больше. Подозрительность не просто исчезла.
В его глазах было доверие.
