Читаем Днепровская купель онлайн бесплатно
С сентября 1943 года между тремя лидерами великих держав началась энергичная переписка, точнее сказать торги, связанные с тем, где будет происходить их встреча. Главную скрипу в этих торгах играл Рузвельт, который предлагал Сталину на выбор Анкару, Багдад, Каир или даже Асмару, столицу итальянской Эритреи. В случае необходимости, Рузвельт был готов предоставить советскому лидеру любой корабль американского флота, однако Сталин был неумолим.
Ссылаясь на то, что он является Верховным Главнокомандующим, он соглашался только на Тегеран, откуда он мог связываться с фронтами и Ставкой по телефону. Шел уже октябрь месяц, а место встречи лидеров «Большой тройки» так и не было определено. Сталин соглашался, чтобы местом встречи мог стать Каир или Багдад, но вместо себя, он намеривался послать своего заместителя Молотова.
В конце концов, нервы у Рузвельта не выдержали, и он согласился на Тегеран. При всем величии Америки, американскому президенту нужна была личная встреча со Сталиным.
- Я слишком много слышал о нем от своих советников и послов. Я хочу увидеть его глаза, его лицо, хочу прощупать его душу – говорил он своему ближайшему окружению, но все это были лишь красивые слова. На встрече в Каире президент Рузвельт серьезно разошелся во мнении с Уинстоном Черчиллем о продолжении боевых действий англо-американских сил.
Верный своей идеи «мягкого подбрюшья Европы» британский премьер продолжал настаивать считать Италию главным направлением наступления союзных войск. С последующим переносом боевых действий на территорию Грецию и Югославию, Болгарии и Венгрии.
Чтобы окончательно закрепить за южным направлением статус главного вектора наступления союзных войск, Черчилль был готов вовлечь в войну на стороне коалиции Турцию, что вызывало резкий отпор со стороны комитета объединенных штабов. Американцы не без основания подозревали британского премьера в не совсем честной игре, стремясь решить свои проблемы руками американцев. Эйзенхауэр предлагал высадить союзные войска на севере Франции и, двигаясь на Берлин совместными усилиями разгромить немцев и принудить их к капитуляции, с Гитлером или без него. После чего все свое внимание обратить на Тихий океан для борьбы с японцами.
Зная позицию Сталина относительно высадки в Европе, Рузвельт надеялся, что сможет продавить мнение комитета штабов и заставит Черчилля подчиниться мнению большинства.
Кроме этого, американский президент хотел обсудить со Сталиным вопрос об участии советских войск в войне с Японией. Прагматик до мозга костей, он всегда поступал, следуя собственному мнению слушая множество советов и мнений со стороны.
Несмотря на то, что позор «Перл-Харбора» был смыт с американских знамен бомбежкой Токио и успехами в битве при атолле Мидуэй, Рузвельт прекрасно осознавал, что одними бомбежками войну не выиграть. Хотя его активно уверяли в обратном военные, ярые сторонники доктрины маршала Дуэ.
Внимательно читая различные материалы по Японии, президент отчетливо видел, что без ликвидации главного экономического спонсора страны Восходящего Солнца Манчжурии, где находились заводы синтетического топлива и имелись большие природные запасы различных полезных ископаемых, принудить японцев к капитуляции невозможно.
Только большая широкомасштабная операция на территории северного Китая и оккупированной японцами Кореи, могла серьезно изменить положение дел на азиатском театре боевых действий. Англия при всех своих потугах на роль великой державы сделать этого не могла. Англичане могли выбить японцев из Бирмы, Индокитая и все. На большее, даже с учетом военных сил британских доминионов Канады, Австралии и Индии, Лондон не был способен. Оставалась только Красная Армия, но было очевидно, что Сталин никогда не пойдет на войну на два фронта.
Собираясь встретиться с советским вождем, Рузвельт надеялся, что сможет убедить его принять участие в войне с Японией и определенные «сладости» для Сталина у него имелись. Он был готов признать границы Советского Союза в рамках 1941 года и согласиться на иные его территориальные приростания за счет немецких земель и земель их союзников. Также, он был готов надавить на лондонских поляков и попытаться помирить их с Советским Союзом после инцидента в Катыни.
Одним словом американскому президенту было о чем поговорить с советским лидером, и он согласился на встречу в Тегеране, где в это время разворачивалась энергичная закулисная борьба.
Несмотря на то, что территория Ирана была оккупирована войсками Советского Союза и Англии, немцы сумели сохранить свое влияние в этой стране. По этой причине заброшенные в Иран агенты чувствовали себя в дружеской стране, а советской стороне приходилось действовать исключительно через своих нелегальных агентов. Рассчитывать на содействие иранской стороны не приходилось, равно как и на взаимодействие с британскими спецслужбами. Верные своей островной тактике, англичане не спешили делиться с союзником полученной информацией и если и делились её, то сугубо в ограниченном формате и количестве.
