Читаем Днепровская купель онлайн бесплатно
Расчет был полностью верен, но генерал Орел предложил неожиданное решение столь трудной задачи. Он отказался от попытки захвата или наведения переправы через Десну. Вместо этого, генерал предложил форсировать водное препятствие напрямую, по дну реки. Хорошо знакомый с местами предстоящей операции, Орел уверял Рокоссовского, что знает, где можно будет реализовать его план.
Для этого была создана особая группа, чьи экипажи учились водить свои машины в «слепую», ориентируясь исключительно по командам по радио. Дело было сложное, необычное, но благодаря личному присутствию генерала Орла процесс шел в нужном направлении. Григорий Николаевич считал ниже собственного достоинства оставаться в стороне от подготовки экипажей, для столь ответственного задания. На все недоуменные вопросы, что это не генеральское дело готовить экипажи, Орел с достоинством отвечал:
- Я не собираюсь уподобляться учителю, что толкает своих учеников в реку, чтобы проверить её глубину.
Одновременно с подготовкой экипажей танков, шло обучение экипажей самоходок, которые должны были подставить свое плечо старшему собрату. Недавно поступивших на вооружение самоходок СУ-85 у генерала Орла было откровенно мало, но он не намеривался отказываться от хорошо показавшей себя в предыдущих боях машины.
- Кулик не велик, но тоже птица – шутил генерал, разговаривая с экипажами самоходок, - покажем фрицам, где раки зимуют.
- Так точно, товарищ генерал, покажем – радостно отвечали самоходчики, несколько сконфуженные, что они не танкисты.
Одним словом дело делалось, однако любая операция подобного толку остро нуждалась в прикрытии с воздуха. И хотя сейчас был не июнь сорок первого года, и немецкие асы были жестко и решительно потеснены в небе, они продолжали оставаться опасным и серьезным противником, способным если не сорвать наступательные планы советского командования, то серьезно их нарушить.
Будь на то воля Рокоссовского, он обязательно прикрепил, был к отряду майора Боздрикова несколько зенитных установок «Бофорс», что поставлялись союзниками по ленд-лизу, но, к сожалению, не мог этого сделать. По этой причине, командующий был вынужден обязать летчиков выделить эскадрилью истребителей, что должны были в любой момент вылететь для прикрытия отряда. Кроме этого, Рокоссовский связался с командующим авиацией дальнего действия маршалом авиации Головановым.
- Александр Евгеньевич, в ближайшую неделю, нам нужна будет поддержка ваших бомбардировщиков для уничтожения киевских мостов.
- О каком из объектов идет речь, Константин Константинович? Шестом, восьмом или девятом? – незамедлительно уточнил Голованов. Хотя маршал доверял связи, он неукоснительно соблюдал режим секретности.
- Одну минуту, - отозвался Рокоссовский, торопливо листая блокнот с нужными таблицами переговоров, - о девятом объекте.
- У девятого сильное зенитное прикрытие. Из-за этого бомбометание придется проводить с больших высот, и нет твердой гарантии, что объект будет уничтожен – честно предупредил Голованов генерала.
- Будем надеяться на лучшее - сказал командующий, прекрасно понимавший всю сложность работы летчиков в дневное время.
- Можно попытаться выполнить эту задачу ночью? – предложил Голованов, - у наших экипажей, есть определенный опыт в этих условиях.
- Давайте будем считать это как запасной вариант.
- Хорошо договорились – отозвался Голованов и разговор прекратился. Рокоссовский сделал пометку в своих записях и вызвал к себе Малинине.
- Как обстоит с готовностью к началу операции «Переправа»?
- Плюс десять часов – с гордостью доложил начштаба.
- Что Рыбалко? Готов к повороту на север?
- Да, мы приостановили переброску, его танков под Букринский плацдарм, но долго это продолжаться не может. Ставка торопит, и немцы могут в любой момент нанести удар по ним. Танковая армия не иголка в стогу сена, как хорошо её не прятали, найдут.
- Как там, генерал Казаков? Ничего не изменилось?
- Нет. Казаков по-прежнему уверен, что прорыв состоится – уверил командующего Малинин.
- Значит, будем ждать. Не в первый раз.
Уверенность генерала Казакова в успехе наступления, полностью оправдалась. Массированный артиллерийский удар подавил очаги и узлы сопротивление врага, а мощный танковый удар прорвал оборону врага.
Свое плечо в этом деле наступающей пехоте подставили и летчики. Две эскадрильи пикирующих бомбардировщиков удачно вклинившись в тот небольшой временной период, когда огневой вал сдвинулся в сторону запасных позиций, а танки и пехота только двинулись в наступление на переднюю линию обороны противника.
Именно под их огонь и попала немецкая пехота, в спешке занимающая оставленные ею окопы и траншее на время артобстрела их советской артиллерии. Несмотря на свое трудное положение, немцы нисколько не отступили от своих канонов построения обороны. Вся она была выстроена по всем правилам инженерного искусства, и отступать, с возведенных ими укреплений, просто так не собирались. Соединениям 60-й армии пришлось приложить заметные усилия, чтобы пробить вражескую оборону и создать зону прорыв шириной в шесть километров.
