Читаем Днепровская купель онлайн бесплатно

 - Хорошо, - кивнул Рокоссовский, - тогда главный наш вопрос, что с Катуковым? Как быстро он сможет восстановить численность своих войск к началу наступления, а главное когда сможет перебросить танки к месту прорыва.

 - По заключению генерала Орла, для штатного восстановления 1-й танковой армии генерала Катукова, потребуется не меньше месяца. Мехкорпуса понесли большие потери в боях с немцами, но к счастью, они восполнимы. Ремонтные мастерские армии и фронта работают в полную мощность, проводя восстановление поврежденных машин, но к началу наступления мехкорпуса восстановят свою мощь на 72-75%

 - Да, прямо скажем, не густо – вздохнул командующий.

 - Люди работают на износ, Константин Константинович. Если мы хотим полного восстановления армии Катукова, то тогда начало наступления следует перенести на начало сентября.

 - Об этом не может быть и речи, - решительно произнес Рокоссовский. Каждый день спокойствия на фронте, лишний плюс немцам. Что доносят разведчики группы Тарасюка?

 - Немцы усиленно возводят укрепления на подступах к Полтаве. Через неделю полторы они завершат свои работы и тогда, их будет очень трудно выковырять.

 - Вот видите. Ни о каком переносе наступления не может быть и речи. Промедление – смерти подобно.

 - Тогда, все что мы можем бросить в прорыв, это - танковая бригада полковника Самсонова. В её составе кроме танков Т-34 есть самоходные артиллерийские установки СУ-122 и СУ-152, хорошо себя показавшие в июльских боях.

 - Значит, будем считать вопрос с танками решенным. Что по переброске?

 - Согласно приказу штаба фронта, переброска танков из района Ахтырки в район Сум переводится скрытно, в ночное время суток. С соблюдением всех норм предосторожности и светомаскировки. Маршруты движения колонн вручаются их командирами, перед самым началом движения, представители связи. Радиостанции перебрасываемых соединений оставлены под Ахтыркой, для введения в заблуждения врага.

 - Будем надеяться, что наши приготовления останутся в тайне для Манштейна и на этот раз все пройдет так, как мы задумывали.

 - Будем надеяться, товарищ командующий - откликнулся Малинин, остается только дождаться Черняховского и можно начинать.

                Глава III. Война на юге. Взгляд с той стороны.

                Упрекая генерала Конева в невезучести, маршал Жуков был неправ и несколько перегибал палку. Иван Степанович был ничуть не хуже всех остальных генералов, что встретили войну в сорок первом году. Назначенный командующим фронтом, он попал под двойной удар танковых армий Вермахта и потерял управление войсками, но не был арестован и расстрелян, а получил возможность, исправить свои ошибки, командуя Калининским и Западным фронтом.

  Как и все советские генералы той эпохи, он учился у врага, сначала обороняться, а потом наступать и, по мнению самих немцев, считался довольно опасным противником. Именно так назвали его представители ведомства адмирала Канариса, составившие справку для фельдмаршала Манштейна на всех командующих фронтов, которым противостояла его группа армий «Юг».

  Согласно ей, Конев был перспективным выдвиженцем Сталина, который несмотря на отсутствие видимых успехов у генерала на посту командующего фронта, продолжал переводить его с места на место без понижения в звании и должности.

  Вместе с этим, в справке отмечалось, что у Конева нет влиятельной поддержки среди маршалов и командармов времен Гражданской войны, а также со стороны партийной элиты. «Не ограненный бриллиант» так обозначил Ивана Степановича составлявший справку сотрудник Абвера. Манштейн запомнил это выражение и сначала говорил о Коневе с чувством пренебрежения и превосходства, а потом со злостью и недовольством.

  Ровно такое же недовольство вызывал у него и командующий Юго-Западным фронтом генерал Малиновский. Приняв участие в срыве операции «Зимней грозы», он навечно стал личным врагом фельдмаршала, который узнав, что Малиновский воевал во Франции в составе русского экспедиционного корпуса, прозвал его «французским пастушком». Намекая на его неудачи в наступление Невиля, а также потерю Ростова и неудачи на «Мису-фронте», который, несмотря на все старания Малиновского, советским войскам прорвать, не удалось.

  Своего третьего противника, генерала Толбухина, Манштейн знал только по оперативным сводкам своего штаба. Этот «неизвестный генерал» попал в его поле зрения во время сражения под Сталинградом, но серьезную неприятность причинил фельдмаршалу в июле этого года. Когда своими активными действиями на «Миус-фронте» не позволил Манштейну перебросить ни одного соединения под Курск, когда их появление на поле битвы, могло переломить ход сражения в пользу немцев.

  Фельдмаршал был очень зол на Толбухина, назвав его «бульдогом», который вцепился в его ногу и не позволяет сделать победный шаг.

 - Одно радует, что за это, господин «бульдог» поплатился большей частью своих зубов, ушей и шкуры - пренебрежительно бросал он, когда разговор касался событий «Миус-фронта», намекая на потери, понесенные Толбухиным в наступательных боях. - Мы его так отделали, что можем спать спокойно. На «Миус-фронте» - могильная тишина.