Читаем Вальс душ онлайн бесплатно
– Вас никогда не бросят полностью. Позволь прибегнуть к метафоре твоего времени, – говорит молодой человек с голубыми крыльями бабочки. – Возьмем GPS, знаменитую технологию спутниковой геолокации. Это как если бы душа выбирала перед рождением маршрут: ей предлагается идеальный, но он не обязателен.
– Индусы называют этот маршрут кармой, – говорит Эжени, чтобы показать, что она поняла метафору.
– Потом ты рождаешься и учишься управлять своей жизнью. Для тебя повсюду развешаны указатели правильного пути: его подсказывает интуиция, сны, видения, разговоры с кошками, знаки. Но благодаря твоей свободе воли – или по ее вине – ты не обязана им следовать. Что бы ты ни делала, это ничего не меняет. GPS постоянно указывает самую свободную, короткую, удобную дорогу к месту назначения.
– И я сама ежесекундно выбираю, как управлять своей телесной машиной?
– Ты в любой момент можешь решить, следовать ли подсказке GPS или гнать на свой страх и риск. Ты даже можешь остановиться посреди дороги, развернуться и рвануть в лоб другим машинам.
– Это же глупо, – возражает она.
– Тем не менее многие делают именно так. Взгляни на тех, кто добровольно портит себе жизнь или топчется на месте, потому что злоупотребляет наркотиками, алкоголем, ненавидит, лжет, манипулирует другими, прибегает к насилию, жрет поедом самого себя, кончает с собой. Но это ничего не меняет. Стоит хоть немного отклониться в сторону, и GPS опять прокладывает маршрут от места, где ты находишься, не перестает указывать наилучший путь для достижения идеальной точки, заранее определенной для твоей души.
До Эжени начинает доходить значение этой драгоценной информации.
– Есть вероятность провалиться, никогда не добраться до этой точки?
– Именно из-за возможности полного провала ты – молодец, если тебе удается достигнуть цели, поставленной перед твоей душой.
Она размышляет над этой концепцией «судьбы-GPS», потом качает головой.
– Но есть же конченые мерзавцы…
– Каждый придумывает себе легенду, где он – герой, а все остальные – кретины и мерзавцы. Каждый считает себя славным малым, а других злодеями.
Эжени не хочется с ним соглашаться:
– Какой же ты славный малый, если развязываешь войну, насилуешь, пытаешь, лжешь?
– А ты спроси себя, почему те, кто делает все тобой перечисленное, тем не менее популярны. Раньше были крайне левые и крайне правые партии, уже это считалось перебором. Но в истории происходит эскалация, теперь есть ультраправые-неонацисты и ультралевые-неосталинисты. У тех и других нет ни малейших комплексов в отношении зверств, учиненных в прошлом обоими тоталитарными режимами. То же самое в религии: Дауди предлагает начать дебаты о допустимости самосуда над неверными женами… В моде фанатизм. Всех тех, кто улавливает нюансы и выступает за диалог, клеймят как трусов или ботанов.
– Но все хотят свободы, – возражает Эжени.
– Не хотят, а делают вид. Свобода тычет их лицом в ответственность, а люди склонны сваливать всю вину на других: на начальство, систему, невезение, не признавать же, что все зависит от их личного выбора. Вспомни Нюрнбергский процесс: нацистские палачи твердили, что подчинялись приказам и не видят своей личной вины. В этом корень проблемы: люди боятся, что им придется платить за последствия своего неверного выбора. Поэтому любой вожак, дерущий глотку, берущий на себя решения, даже самые аморальные, и не возражающий за них ответить, получает поддержку населения. Овцы так пугаются волков, что в конечном счете за них же и голосуют. Более того, искренне их любят.
Эжени задирает голову и смотрит вверх, на библиотеку прошлых судеб:
– Может быть, если бы люди наведывались в свои прежние жизни, то понимали бы…
Мишель Пенсон расправляет свои крылышки:
– Сначала я тоже так думал. Но нельзя требовать от восьми миллиардов людей занятий регрессивной медитацией для выяснения правды о прошлом. Правда, профессора истории могли бы поминать ее на своих занятиях, чтобы каждый хотя бы раз в жизни услышал об ответственности за свои дела. Так молодое поколение могло бы начать хоть что-то понимать…
Молодая женщина смотрит на тянущиеся во все стороны мириады книг:
– Так как же добиться всемирного торжества мира и любви?
– Ты действительно этого хочешь?
Эжени щурится:
– Разве не все этого хотят?
– Все изображают желание мира, это так же, как со свободой. Но если бы большинство не боялось полиции, то многие перегрызли бы глотки своим соседям.
– Так в чем решение?
– Многие ангелы ставят на усталость: беспрерывные войны и воспитание детей в ненависти в конце концов принудят даже самых оскотинившихся хомо сапиенсов понять, что это тупик.
– Что произойдет, когда они это когда-нибудь поймут – если поймут?
– Примирение всех людей независимо от национальности, веры и поколения. Мечтать не вредно… Примирение мужчин и женщин. Мужчины должны прекратить попирать женщин, женщины – мстить мужчинам.
– Сейчас на Земле эта тема актуальнее, чем когда-либо раньше, – соглашается Эжени.
