Читаем Тег #Студенты онлайн бесплатно
Я молчал секунды три. Не от страха — просто переваривал интонацию. Сорокапятилетняя часть меня слышала такое раз сто. Молодые, агрессивные, уже немолодые, уставшие — все они говорили примерно одно и то же, когда чувствовали, что земля под ногами поехала. Территория. Уважение. Почитание. Старшие. Люди в курсе. Крыша. Лексикон человека, которому нечего предъявить по сути, поэтому он давит формой.
Что-то я непроизвольно зевнул.
— Вадим, давай по-взрослому, — сказал я ровно. — Сейчас не девяностые, чтобы делить районы и пугать друг друга возрастом и уважением. Рынок в Тюмени большой. Бизнес городской растёт как на дрожжах, фирм всё больше, у каждой — компьютеры, и всем нужно обслуживание. Клиентов хватит и тебе, и мне, и ещё четверым таким же.
— Хватит — не хватит. А чего тогда мои уходят к тебе? Грязные игры ведёшь что ли?
Вот тут он сам подставился. Я даже улыбнулся в пустую комнату.
— Ты же сам в моём деле, знаешь загрузку лучше меня. Не знаю, как у тебя, но у меня на грязные схемы в отношении конкурентов нет ни времени, ни сил, ни желания. Но вопрос ты задал правильный. Только адресуй его себе, Вадим, а не мне. Я никого не перетягиваю. Я беру тех, кого ты потерял. Разница есть, и она большая.
— Это ты сейчас о чём?
— О сервисе. Например, со мной свялся в недавнем прошлом мужик из автозапчастей. У него свитч завис, сеть встала, торговля стоит. Как оказалось, он именно тебе и звонил, а «ТюменьСервис» — он сам мне сказал. Ему сообщили по телефону, что, мол, приедем через два дня, раньше людей нет. Я решил вопрос по телефону примерно за десять минут, перезагрузил ему железку удалённо. Вот и как думаешь, кому он теперь звонит, когда что-то ломается? Ты что-то видишь грязное или несправедливое в этой ситуации?
В трубке стало тихо. Я не торопил. Пусть посидит в этой тишине, она работает на меня.
— Таких историй у меня несколько штук наберётся, — продолжил я. — Люди не уходят от хорошего. Они уходят от «приедем через два дня» и «это не наша проблема — мы всё сделали нормально». Я просто оказался рядом, когда у них горело.
— Я тебя понял. Складно поёшь. Допустим, — буркнул он, но запал уже подсел, я это слышал. — А те, что вообще ни с кем не работали? Почему к тебе сразу идут?
— А это новые конторы. Их в городе каждый месяц открывается как грибов — после дождя. Нефть, стройка, торговля. Им нужна сеть с нуля. Я с ними работаю, потому что пришёл первым и сделал на совесть. Где — сам ищу, а где — они меня находят. По-разному бывает. Ты всё это тоже можешь делать, Вадим. Верно? Верно. Никто тебе не запрещает.
Он попыхтел ещё немного. Я почти физически чувствовал, как он ищет, за что зацепиться, чтобы вернуть разговор в русло «уважай старших», и не находит. Потому что цепляться было не за что. Он попросту жиденько обосрался. Я не отнял у него ничего, что принадлежало бы ему по праву. Я просто работал лучше, и он это понимал не хуже меня. Благо, что адекватный был и понял расклад, не пытаясь прибегать к беспределу.
— Я за тобой слежу. И не только я. Не советую переходить дорогу, — выдал он наконец, уже без прежнего напора, пытаясь создать видимость, что он не лопух.
— Смотри на здоровье. Я ничего противозаконного не делаю. Налоги плачу, ИП оформлено, клиентам не вру, подлые поступки в отношении конкурентов не делаю. Будут вопросы — звони, обсудим как нормальные люди. Бывай, Вадим.
Я положил трубку первым. Не из понтов — просто разговор подошёл к логическому завершению, а катать вату дальше смысла не было.
Посидел с минуту, глядя в… никуда.
Вот тебе и первый конкурентный конфликт. Небольшой такой, скромный, без матов, угроз и жести. Я, если честно, ждал его раньше, был готов к конкурентским обидам, отчётливо понимая, какой уровень сервиса я предоставляю клиентам, натаскивая и своих двоих ребят делать так же. В прошлой жизни я через это проходил столько раз, что мог бы методичку написать: «Как тебя встречают старожилы, когда ты заходишь на их поляну». Сначала недоумение, потом раздражение, потом звонок вроде этого. Агрессия. Наезды. Угрозы.
А потом…
Кто-то после спокойной и содержательной беседы со мной по фактам затихает, кто-то начинает мелко пакостить, кто-то идёт на сближение. Кузнецов, по голосу, был из тех, кто побычит для порядка и отползёт. Не страшный. Просто человек, которому неуютно от того, что его сонное болотце кто-то решил расшевелить.
Хуже было другое…
Артём
Я знал, что он такой не один. Есть второй игрок, покрупнее, и тот пока молчал. А молчание у больших обычно означает, что они либо тебя не заметили, либо заметили слишком хорошо и думают. Но Кузнецов же обмолвился, что за мной пристально наблюдает не только он. Значит, недовольство есть и с той стороны тоже. Ну, спасибо за информацию, Вадим. Хоть какая-то польза от звонка, хахаха.
Шутка. Мне нет до них дела, если только они пакостить не начинают. Мой подход к работе обеспечивает чистоту моей совести, а это то, что действительно имеет значение для меня.
